Исайя (Ис. 7.1 – 17), мессианское предсказание о Деве и Эммануиле.

Такая важная составляющая Ветхого Завета как мессианизм, мессианские пророчества, впервые явственно зазвучала в проповеди Исайи. Термин «мессианизм» происходит от еврейского слова «Мессия» (Машиах), что буквально означает «Помазанник». Термином «мессианизм» выражается идея надежды на то, что народ действительно придет к познанию истинного Бога и к необходимости жить в соответствии с этим познанием, то есть в Завете с Богом. И случится это может, если на то будет помазан, то есть избран и поставлен, некто достойный и верный своему Богу. В контексте описанных столичных традиций, и для Исайи в том числе, таким избранником и помазанником мог быть только царь, царствующий в Иерусалиме. Посмотрим, как выражал эти мессианские надежды Исайя, какие в связи с этим у него были переживания и какое они имеют глубинное, библейско-богословское значение.[1]

 «Се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему: Эммануил» (Ис. 7:14). Это величайшее пророчество о воплощении Сына Божия, исполнение которого святой евангелист Матфей видит в рождении Господа Иисуса Христа (Мф. 1, 18-23). Поэтому в том, что речь идет именно о Божественном Младенце, не может быть сомнений. Хотя из разговора святого Иустина Философа с иудеем Трифоном очевидно, что сами евреи относят это предсказание к Езекии, сыну Ахаза, а под Девой понимают жену Ахаза, то есть мать Езекии[2]. Но это предположение слишком несостоятельно, чтобы с ним согласиться. Мы имеем достаточно точные хронологические расчеты святого Кирилла Иерусалимского, который пишет, что Ахаз царствовал над Иудеей и Иерусалимом шестнадцать лет, Езекия наследовал престол отца в двадцать пять лет. Если учесть, что это пророчество было Ахазу в первый год его царствования, то Езекии в то время уже было девять лет[3].

Что касается Матери Эммануила, то в еврейском тексте стоит слово «almah». Некоторые переводят этот термин выражением сокровенная, в значении дева, сокрытая от взоров мужчин, производя его от глагола alam. Еще блаженный Иероним Стридонский в комментарии на Ис. 7:14 писал: «Сколько припомню никогда я не читал, чтобы «almah» означало жену, но всегда означает деву, и при том в самом раннем возрасте»[4]. Основанием для такого происхождения мог послужить обычай, имевший место в быту у древних евреев, и состоявший в том, что дочери их не имели права до выхода замуж показываться в обществе. Отсюда следует, что «almah» означает молодую девушку, способную к брачной жизни, а понятие непорочности не обязательно в этом слове, хотя предполагается, как естественный и нормальный момент в значении слова[5].

Известный православный богослов Покровский А.И. видит в этом слове обозначение «подрастающей» девицы, производя это название от другого корня – «a’lam», что значит «подрастать, крепнуть физически», причем в доказательство правильности своего перевода приводит следующие места Священного Писания: Быт.24:43; Исх. 2:8; Пс. 68:26[6]. Православный религиозный писатель Лопухин А.П. говорит, что в Ветхом Завете это слово «almah» встречается только шесть раз (Быт. 24:43; Исх. 2:8; Пс. 68:26; Пен. Песн. 1:3; 6:8; Притч. 30:19) и по значению оно шире, чем «betula», собственно «Дева». Слово «betula» хотя и содержит в себе идею молодости и девственности, но прямо на девственность не указывает и означает девицу, пользующуюся большей свободой, чем «almah», так как могла появляться в обществе. Таким образом, за девство «almah», которая дальше домашних занятий не могла идти и тщательно укрывалась от посторонних, можно было ручаться, а за девство betula – не всегда[7].

Сам контекст речи у  пророка свидетельствует о том, что «almah» должно означать непорочную Деву, Которая сохранила свое девство и после зачатия Сына. Святитель Иоанн Златоуст отмечает: «Если бы это была не Дева, то не было бы и знамения. Знамение должно выходить из общего порядка вещей, превосходить обычный порядок природы, быть дивным и необыкновенным, так, чтобы каждый из видящих и слышащих замечал это»[8]. Святой Ириней, епископ Лионский: «Словами же: Сам Господь даст вам знамение, он указал на необыкновенное в Его рождении, чего не сделалось бы иначе, если бы Сам Бог Господь всего не дал знамения в доме Давидовом. Ибо что великаго или какое знамение было бы в том, что молодая женщина родила бы зачавши от мужа, что бывает со всеми рождающими женщинами? Но поелику неожиданное спасение людям имело последовать помощью Божией, то было неожиданное и рождение от Девы, так как Бог давал это знамение, а не человек действовал»[9]. О том же говорят нам святитель Василий Великий[10], святой Кирилл Иерусалимский[11], святой Иустин Философ[12].

Афанасьев С. указывает, что имя Эммануил («с нами Бог») усвоено Мессии не как имя собственное, а как «нарицательное, для обозначения того, что в лице рожденного Девою младенца будет обитать с людьми Бог»[13]. Действительно, Своим пришествием и делами, всею Своею жизнью Иисус Христос явил в Себе яснейшее и очевиднейшее знамение благодатного присутствия с нами Бога. Святой Ириней Лионский: «Возвещая Его (Иисуса Христа) Эммануилом (Ис. 7:14) пророк открывает соединение Слова Божия со Своим созданием, именно, что Слово будет протию, и Сын Божий - Сыном человеческим»[14]. Святой Кирилл Александрийский: «Поскольку, будучи Бог по естеству, Он был с нами, как Слово, когда явился в подобии нам, то весьма мудро и может быть называем Эммануилом»[15]. Святой Григорий Нисский также относит слова Ис. 7:14 к ожидаемому Спасителю, который для нас «сделается истинным человеком»[16].

Рождение от Девы вполне свойственно Божеству, так как явление Бога в мир должно быть чудесным, сверхъестественным. «Посему-то Бог не только стал Человеком, но и от Святой Девы – Девы высшей скверных помышлений, происходящих от плоти - был рожден, как это было предсказано пророками, -пишет святой Григорий Палама, - зачатие в Которой произвела не воля плоти, но наитие Святого Духа»[17]. Пророк подчеркивал, что Богомладенец будет как истинным Богом, так и истинным человеком. В Нем будут гармонично сочетаться как общие с нами качества, так и отличные от нас.

Далее пророк говорит, что Эммануил будет питаться молоком и медом, которого в Палестине было очень много. Многие древние толкователи видят в этом указание на то, что Сын Девы будет истинным человеком, так как будет вкушать обычную детскую пищу (Святитель Иоанн Златоуст[18], святитель Василий Великий[19] и др.).

Но мысль о человеческой природе, конечно, не была основополагающей у пророка, когда он говорил об Эммануиле, как о Божественном знамении. Фаддей (Успенский) замечает, что «большинство древних толкователей (святитель Ин. Златоуст, блаженный Феодорит, блаженный Иероним и др.) считают, что Исайя пророчествует здесь также о будущем опустошении земли иудейской ассирийцами»[20]. Нравственное состояние иудейского царства было, по изображение Исайи, печально и достойно наказания. Самые внешние обстоятельства были таковы, что отнимали надежду на спасение; соединенные неприятельские войска, опустошив страну, подступили уже к стенам Иерусалима и готовились осуществить свои замыслы. И однако же Исайя с уверенностью говорит: «это не состоится и не сбудется». В то же время он с решительностью предсказывает будущее опустошение Иудеи ассирийцами, несмотря на то, что в данный момент они были союзниками, что описано в 7 главе.[21]

Пророчество Исайи 7:14 широко употребляется в современном православном богослужении. Например, торжественный гимн: «Исаие ликуй, Дева име во чреве, и роди Сына Эммануила, Бога же и Человека, Восток имя Ему: Его же величающе, Деву ублажаем», поется при совершении таинств хиротонии и венчания. В этом тропаре прославляется таинство воплощения Сына Божия Эммануила от Неискусобрачной Марии. Паремия с пророчеством Исайи о рождении Эммануила (Ис. 7:10-16) читается в навечерие Рождества Христова на шестом часе. В праздник Рождества Христова пророческие слова «С нами Бог» и следующие за ними звучат как гимн для тех, кто надеется на помощь Божию. Этот гимн укрепляет верных Богу, утверждая силу их веры, и устрашает восстающих на Бога, внушая им трепет перед всемогуществом Творца.

Итак, данное мессианское пророчество имеет двоякий смысл: исторический, или буквальный, – за тот срок, пока будет зачато, родится и придет в разум дитя, враги дома Давидова будут сокрушены; прообразовательный – связан с верой в особое мессианское предназначение рода Давидова. «После исторической истины все должно быть понимаемо духовно».[22] Для пророка рождение Младенца есть знак неотменимости Завета, заключенного с домом великого царя. Он устоит по воле Господней вопреки всему, и Сам Бог посетит Свой народ.

 



[1] Сорокин А. Введение в Священное Писание Ветхого Завета. Курс лекций. Изд. 2-е, испр. / А. Сорокин. – Киев: Пролог, 2003. С. 217 – 218.

[2] Иустин философ и мученик, святой. Творения. / Пер. П. Преображенского. – М., 1864; переизд.: Пред. А. И. Сидорова. (Серия «Библиотека отцов и учителей Церкви». I). – М., Благовест, 1995. С. 63 – 64.

[3] Кирилл Иерусалимский. Поучения. М.: Синодальная библиотека, 1991. С. 175

[4] Труды Киевской духовной академии. Блаженнаго Иеронима осьмнадцать книг толкований на пророка Исаию. Т. 1. Киев, 1881. С 133

[5] Волнин А.К. Мессия по изображению пророка Исайи. Киев, 1908. С. 71-72

[6] Покровский А.А., проф. Комментарий к книге пророка Исайи. Т.5. СПб., 1908. С.282

[7] Лопухин А.П. Толковая Библия, или Комментарий на все книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета. Т. 2. СПб., 1904-1913. С. 282

[8] Иоанн Златоуст, святитель. Толкование на пророка Исаию. // Полное собрание творений Св. Иоанна Златоуста, Архиепископа Константинопольского в 12 т. Т. VI. – М.: Свято-Троице Сергиева лавра, 1993. С. 93

[9] Ириней Лионский, святой. Творения. / Пер. П. Преображенского. – М., Благовест, 1996. С. 302

[10] Василий Великий. Толкование на пророка Исаию. - Творения, т. 2. -М.: Паломник, 1993. С. 234-235

[11] Кирилл Иерусалимский. Поучения. М.: Синодальная библиотека, 1991. С. 134-135.

[12] Иустин философ и мученик, святой. Творения. / Пер. П. Преображенского. – М., 1864; переизд.: Пред. А. И. Сидорова. (Серия «Библиотека отцов и учителей Церкви». I). – М., Благовест, 1995. С. 63.

[13] Афанасьев Д.П. Толкование на книгу пророка Исайи с введением к изъяснительному чтению пророческих книг Ветхого Завета. Ставрополь, 1893. С. 52.

[14] Ириней Лионский, святой. Творения. / Пер. П. Преображенского. – М., Благовест, 1996. С. 530.

[15] Кирилл Александрийский. Творения. Ч. 6. М., 1887. С. 237.

[16] Григорий Нисский. Творения. Ч.7. М., 1868. С. 139.

[17] Беседы святителя Григория Паламы. Ч. 1. - М.: Паломник, 1993. С.155-156

[18] Иоанн Златоуст, святитель. Толкование на пророка Исаию. // Полное собрание творений Св. Иоанна Златоуста, Архиепископа Константинопольского в 12 т. Т. VI. – М.: Свято-Троице Сергиева лавра, 1993. С. 95.

[19] Василий Великий. Толкование на пророка Исаию. - Творения, т. 2. -М.: Паломник, 1993. С. 227.

[20] Фаддей, иером. Единство книги пророка Исайи. Сергиева Лавра, 1901. С. 60.

[21] Рыбинский В. П. Ветхозаветные пророки. К., 1907, 2+17 с. Отт. из: Труды КДА, 1907, т. III, № 12, С. 613.

[22] Блаженный Иероним Стридонский. Творения. Т. VII.Толкования на пророка Исайю.  С. 4.