Протоиерей Павел Матвеевский. Введение во храм Пресвятой Богородицы.

21 ноября/4 декабря

Тропарь, глас 4

Днесь благоволе́ния Бо́жия предображе́ние и челове́ков спасе́ния пропове́дание: в хра́ме Бо́жии я́сно Де́ва явля́ется и Христа́ всем предвозвеща́ет. Той и мы велегла́сно возопии́м: ра́дуйся, смотре́ния Зижди́телева исполне́ние.

Кондак, глас 4

Пречи́стый храм Спа́сов, многоце́нный черто́г и Де́ва, свяще́нное сокро́вище сла́вы Бо́жия, днесь вво́дится в дом Госпо́день, благода́ть совводя́щи, я́же в Ду́се Боже́ственнем, Ю́же воспева́ют А́нгели Бо́жии: Сия́ есть селе́ние небе́сное.

Домостроительство нашего спасения называется в Священном Писании тайною, сокрытою от веков и родов в Боге (Кол. 1, 26; Еф. 3, 9). Как воплощение Сына Божия облекается таинственностью, удаляясь от всего, что, по понятию человеческому, слывет великим и высоким, так и все предшествовавшие ему обстоятельства запечатлены характером таинственным. Чудно рождение Богоотроковицы от неплодных родителей, но также чудны и знаменательны последующие события жизни Ее, – чуден и исполнен глубокого таинственного смысла вход Ее во храм. Что это? Есть ли это только дар Богу от бесплодных родителей за отнятие поношения бесчадия между людьми (см.: Лк. 1, 25)? Благочестивая ли только верность в исполнении обета, данного Богу и запечатленного клятвою (см.: Чис. 30, 3; Втор. 23, 21), или подражание примеру предков (см.: 4 Цар. 11, 2–3) и обычаю современников, почитавших за лучшее укрывать в храме то, что для них всего дороже? Нет. Это – тайна, в которой, по выражению Святой Церкви, «сказати хотя Господь языком [народам] Свое спасение, неискусобрачную ныне от человек прият, примирения знамение и обновления»[35].

Давно уже святой Пророк-Псалмопевец взывал к дщерям человеческим, ища между ними Ту, Которой было предопределено Промыслом Божиим послужить велией тайне благочестия – явлению Бога во плоти (см.: Тим. 3, 16): Слыши, Дщи, и виждь, и приклони ухо Твое, и возжелает Царь доброты Твоея (Пс. 44, 11–12). Но этот голос долго не находил ответа, потому что человеческое естество не было готово к восприятию Божества. Когда же пришла полнота времени (Гал. 4, 4) и настало давно ожидаемое избавление от греховного рабства (см.: Лк. 2, 38), Бог избирает праведных Иоакима и Анну и от них происходит Жена (см.: Быт. 3, 15), предвозвещенная в обетованиях, пророчествах и прообразованиях Ветхого Завета, достойная, при содействии Святого Духа, принять и свято сохранить тайну воплощения Христа Господа. Вхождением Своим в храм Богоотроковица положила начало исполнению Предвечного Совета Триипостасного Божества о спасении падшего человечества: «Совет Превечный Превечнаго Бога во исполнение грядет предгрядущей Ей воспитатися во Святая святых – в жилище Слова»[36].

Появлением Своим в храме, лишенном прежней славы, Пресвятая Дева предначала новую славу его, затмившую древнюю. Иерусалимский храм, возобновленный Зоровавелем по возвращении иудеев из плена вавилонского, во внешнем блеске не мог сравниться с храмом Соломона (см.: 1 Езд. 3, 12; Агг. 2, 4). И между тем святой пророк предвидел, что слава храма сего последняя будет паче первыя (Агг. 2, 10), а другой пророк указал и самую причину сего необычайного прославления в пришествии в церковь Господа и Ангела завета (см.: Мал. 3, 1). Но этому пришествию в храм Владыки храма предшествовало явление в храме Пресвятой Девы Богоматери. Ветхий закон тени и образов уже исполнил свое назначение, и вот – в вещественном храме вмещается «скиния святая и пространнейшая небес, приемшая невместимое во всей твари Слово Божие»[37]. Здесь ясно зрится «Божественная сень Слова, чистотою Ангелы превосшедшая»[38], «одушевленный храм» Божий[39], «преславное селение Сущаго на Серафимех»[40]. Храм в это время был лишен главнейшей святыни – ковчега завета, Святое святых его было пусто, но слава его воссияла более храма Соломонова: в нем, по изъяснению Святой Церкви, «ковчег, Божественным Духом позлащенный, Пречистая показася, не скрижали носящь закона, но Христа Господа, Его-же закон и пророцы древле предвозвестиша»[41]. Одушевленный ковчег Божий был «позлащен Духом»[42], то есть, как замечает святой Григорий Неокесарийский, «Святая Дева, подлинно, – кивот, внутрь и вне позлащенный и принявший в себя все сокровище освящения»[43]. Древний ковчег завета был накрыт очистилищем, золотою крышкою, над которою распростирали свои крылья два Херувима, изваянные из золота (см.: Исх. 25, 17–21). Это очистилище, по вере израильтян, было местом, где Вездесущий Бог обнаруживал Свое особенное присутствие, открывал Свою волю и принимал молитвы Своего народа (см.: Исх. 25, 22; Лев. 16, 2; Чис. 7, 89). Пресвятая Дева, как «небесный»[44], «огненный престол Вседержителя»[45], есть, по учению Святой Церкви, «теплое очистилище»[46], «очистилище миру»[47], «всего мира очищение»[48]. Она – «златокованная стамна, из неяже истече миро животворное верным»[49], «стамна, манну носящая, услаждающая всех благочестивых чувства»[50]; эта «манна жизни»[51] есть Христос, хлеб жизни и бессмертия, сшедший с неба (см.: Ин. 6, 48–56). Она – «златая кадильница», имевшая в Себе «огнь – Слово от Духа Свята»[52], «благовонное»[53], «приятное молитвы кадило»[54], «златозарный свещник, приемший несказанно свет неприступный»[55], «свеща, явльшаяся во тьме и вжигающая невещественный огнь»[56].

Она – «одушевленная, Божественная трапеза, вместившая животный хлеб» – Христа Господа[57]. Где же, как не в храме Божием, предлежало Богоизбранной Отроковице предначать Свое великое служение тайне воплощения Сына Божия? Где, как не во святилище, могли развиться и утвердиться те высокие качества души, те добрые навыки и благоговейные чувства, которые сделали Ее достойною быть «вместилищем Бога невместимаго»?[58]

В храме Иерусалимском (первом и втором), кроме святилища и внутреннего отделения – Святого святых, было много притворов (например, Соломонов, см.: Ин. 10, 23), дворов и пристроек, где помещались служебные лица (см.: 1 Пар. 9, 27, 23, 28; 2 Пар. 31, 11–12; Иер. 35, 2, 4; 36, 10) и были хранимы богослужебные сосуды и запасы (см.: 3 Цар. 6, 5; 7, 51; 15, 15; 4 Цар. 11, 10). Таким образом, при храме, в многочисленных зданиях его, могли найти себе приют как первенцы мужского и младенцы женского пола, посвящаемые Богу[59], так мужи и жены (вдовы и девы), проводившие воздержную и молитвенную жизнь (см.: Лк. 2, 37). Несмотря на ранний возраст, Пресвятая Дева Мария выказывала явное расположение к такому образу жизни. Ей исполнилось три года, и в эту пору сердце Ее уже пламенело искреннею любовию к Богу. Хотя Она, по выражению церковных песней, «младенчествовала плотию, но была совершенна душею»[60], «трилетствовала телом, но многолетствовала духом»[61]. Святые Богоотцы, видя такое расположение своей благодатной Дщери к святой жизни, решились расстаться с Нею и посвятить годы Ее детства Богу. К торжеству введения Богоотроковицы в храм были собраны все родные и знакомые святых Иоакима и Анны, а также множество юных дев, сверстниц Марии. Кто более матери любит дитя? Но Анна, вдохновленная Духом, по свидетельству Святой Церкви, «Пречистую Приснодеву с веселием приводит в храм Божий, призвавши идти пред Нею отроковицам, свещи носящим, и глаголющи: пойди, чадо, давшему Тя буди возложение и благовонный фимиам, вниди в незаходимая и увеждь тайны, и уготовися быти Иисусово вместилище веселое и красное»[62]. Шествие было величественное во всей своей священной простоте. «Начинайте, девы, – радостно восклицает Святая Церковь, – воспойте песни, руками держаще свещи, чистыя Богородицы предшествие хваляще, ныне грядущия во храм Божий»[63]. «Иоакиме и Анно, веселитеся ныне, во храм приводяще Господень чистую Бога Матерь Христа Всецаря будущую»[64]. Святитель Димитрий Ростовский в уста матери Богоотроковицы влагает следующие трогательные слова к Преблагословенной Марии: «Гряди, Дщерь моя, к Тому, Кто даровал мне Тебя; гряди, кивот освященный, к многомилостивому Владыке; гряди, дверь жизни, к милостивому Подателю благ; гряди, ковчег Слова, в храм Господень; войди в церковь Божию, радость и веселие мира!» И к первосвященнику Захарии: «Прими, Захария, сень чистую; прими, священник Божий, ковчег непорочный; прими, пророк, кадильницу с невещественным углем; прими, праведник, фимиам духовный; прими Дщерь, Богом мне данную; введи и всели Ее на гору святую, в жилище Божием, не испытывая о Ней, но ожидая, что Богу, призвавшему Ее, благоугодно будет совершить с Нею»[65]. Как бы окрыленная благодатью Божиею, Преблагословенная Мария одна, никем не поддерживаемая, скоро взошла на самый верх ступеней храма. «Ангелы Божии, – говорит древний проповедник, – невидимо окружали Ее и служили Ей; хотя они еще и не ведали тогда таинства воплощения, но как слуги Господа, по повелению Его, служили Богоотроковице при восхождении Ее. Они удивлялись Ей, как избранному сосуду добродетелей, носящему знамение чистоты вечной, и видели, что плоть Ее была непричастна нечистоте греховной, а посему, исполняя волю Господню, совершали повеленное им служение»[66].

Захария, объятый духовным восторгом, ввел Ее во храм и не остановился там, где обыкновенно стоял народ, но повел Марию за первую и вторую завесу (Евр. 9, 3), в глубину внутреннего святилища, во Святое святых, куда лишь однажды в год, в день очищения, входил первосвященник с жертвенною кровию (ст. 7). На месте ветхозаветного ковчега является, по выражению Святой Церкви, «одушевленный кивот Божий»[67], «во Святое святых Святая и Непорочная Святым Духом вводится, сущи святейший храм Святаго Бога нашего»[68]. Такое необычное введение Девы во внутреннейшее святилище, как бы вопреки древнему закону, поразило недоумением всех зрителей, удивило самих Ангелов, которые, по выражению церковной песни, «вхождение Пречистыя зряще удивишася: како Дева со славою вниде во Святая святых»[69]. Они прозревали в настоящем событии дело Домостроительства Божия и, видя Святое святых лишенным ковчега завета, проразумевали, что настало время, когда закон сени должен уступить место самой истине (см.: Евр. 9, 1112; 10, 1), посему-то с благоговейным трепетом распростирали крыла свои уже не над ковчегом Ветхого Завета, не существовавшим во втором храме, а над новым одушевленным кивотом воплощающегося Сына Божия. «Писание мимотече, и оскуде закон, якоже сень, и благодати лучи возсияша, в храм Божий вшедшей Тебе, Дево, Мати чистая!»[70] – так изъясняет Святая Церковь смысл священного события[71].

Воспитание в священном месте для Пресвятой Девы было приготовлением к тому благодатному призванию, к которому Промысл Божий предызбрал Ее: «В Божественном храме, яко суща Божественный храм, от младенства чисте, со свещами светлыми отдана бывши, – поет Святая Церковь, – явилася еси приятелище неприступнаго и Божественного света»[72].

О беседе с Ангелами – см. канон Введению Пресвятой Богородицы (четвертый тропарь 4-й песни).

В распределении времени занятий Она следовала порядку, установленному при храме, и высокими душевными качествами, по свидетельству святого отца, превосходила всех Своих сверстниц, «представляя образец жизни лучшей и чистейшей в сравнении с прочими»[73]. В скором времени Она обучилась чтению, часто читала Священное Писание и размышляла о нем. Училась также и рукоделиям и Свое искусство впоследствии засвидетельствовала тем, что приготовила для Господа Иисуса Христа нешвенный хитон, истканный от верха до низа, который распинатели не решились раздирать на части, а предоставили тому, кому укажет жребий (см.: Ин. 19, 23–24). Естественный разум Богоотроковицы, образованный чтением Священного Писания, укрепленный молитвою и размышлением, был еще более просвещаем явлениями и беседою Ангелов. Среди этих бесед Она часто забывала о пище и принимала небесный хлеб от руки небожителей: «Святая святых сущи, Чистая, – поет Святая Церковь, – во храм святой возлюбила еси вселитися и со Ангелы, Дево, беседующи пребываеши, преславне с небесе хлеб приемлюще»[74].

Вскоре Пресвятая Дева лишилась Своих престарелых родителей и в ранних годах жизни Сама испытала горесть круглого сиротства. С утратою всего дорогого в жизни Она всею душою, всеми желаниями чистого сердца предалась Единому Богу, в Нем искала Себе отрады и утешения и, как бы соревнуя в чистоте Своим небесным собеседникам и в предведении великого назначения Своего, твердо решилась пребыть навсегда Девою и дала обет сохранить Свое девство до смерти. Торжественное введение

Ее в храм Господень, по толкованию Святой Церкви, было предобручением Богу Слову и уневещением Духу Святому благодатной Невесты Царя-Бога: «Емуже Слову Божию, яко храм избранный и всенепорочный, предобручилася еси Духом таинственно, обручена Богу и Отцу»[75], так что «обстоятельства уневещения Твоего ныне Духу Святому в доме Божием оказываются Божественными знамениями превышающего ум рождения Твоего, чистая Дева!»[76] «Невеста Царя-Бога! – взывает Святая Церковь, выражая мысль и цель священного события входа Богоотроковицы в храм. – Ты посвящаешься ныне в храме подзаконном – соблюдаться для Него, Всечистая!»[77]

В воспоминание Введения Пресвятой Богородицы в Иерусалимский храм учрежден Святой Церковью двунадесятый праздник с предпразднством с 20 ноября и попразднством до 25 ноября. На Востоке установление его относится к VIII веку, как видно из поучений на сей праздник, произнесенных Германом и Тарасием, Константинопольскими патриархами. В XII веке, при императоре Еммануиле Комнине, он уже был на Востоке известным праздником, а с Востока перешел на Запад. Каноны праздничной службы составлены Георгием Никомидийским и Василием Пагариотом, стихиры – тем же Георгием и Сергием Святоградцем.

Паремии – первая (Исх. 40, 1–5, 9, 10, 16, 34, 35) говорит о древней прообразовательной скинии, вторая (3 Цар. 8, 1, 3, 4, 6, 7, 9-11) повествует об освящении Соломонова храма и третья (Иез. 43, 27; 44, 1–4) представляет прообраз врат заключенных. Чтения из Евангелия на утрене и на Литургии те же, как и в праздник Рождества Богородицы, а чтение из Послания святого апостола Павла к Евреям (9, 1–7) указывает на скинию Ветхого Завета, вместившую «сущий Божественный храм и приятелище» невместимого Божества[78].

 

___________________________________________

 

35. Первый канон Введению во храм Пресвятой Богородицы, поемый на утрене 21 ноября (второй тропарь 6-й песни).

 

36. Первый канон, поемый на утрене 20 ноября, в день предпразднства Введения во храм Пресвятой Богородицы (второй тропарь 1-й песни).

 

37. Служба в неделю 3-го гласа, первый канон, поемый на утрене (Богородичен 5-й песни).

 

38. Там же, канон, поемый на повечерии (седален по 6-й песни).

 

39. Акафист Пресвятой Богородице, икос 12.

 

40. Там же, икос 8.

 

41. Служба во вторник 4-го гласа, канон, поемый на утрене (Богородичен 1-й песни).

 

42. Акафист Пресвятой Богородице, икос 12.

 

43. Свт. Григорий Неокесарийский. Беседа на Благовещение Пресвятой Богородицы.

 

44. Канон благодарственный ко Пресвятой Богородице (Ексапостиларий).

 

45. Там же, второй тропарь 1-й песни.

 

46. Там же, второй тропарь 3-й песни.

 

47. Там же, второй тропарь 4-й песни.

 

48. Акафист Пресвятой Богородице, икос 3.

 

49. Служба в понедельник 8-го гласа, канон, поемый на повечерии (тропарь на «Слава» 7-й песни).

 

50. Канон Покрову Пресвятой Богородицы, поемый на утрене 1 октября (первый тропарь 4-й песни).

 

51. Служба в неделю 3-го гласа, канон, поемый на повечерии (тропарь на «Слава» 4-й песни).

 

52. Второй канон Рождеству Пресвятой Богородицы, поемый на утрене 8 сентября (Богородичен 6-й песни).

 

53. Канон благодарственный ко Пресвятой Богородицы (четвертый тропарь 1-й песни).

 

54. Акафист Пресвятой Богородице, икос 3.

 

55. Служба в неделю 6-го гласа, третий воскресный канон, поемый на утрене (четвертый тропарь 8-й песни).

 

56. Акафист Пресвятой Богородице, икос 11.

 

57. Канон благодарственный ко Пресвятой Богородице (первый тропарь 3-й песни).

 

58. Акафист Пресвятой Богородице, икос 8.

 

59. По свидетельству св. Епифания Кипрского, первенцы и мужского, и женского пола у израильтян были посвящаемы Богу. См.: Анкорат, 60.

 

60. Второй канон Введению во храм Пресвятой Богородицы, поемый на утрене 21 ноября (пятый тропарь 6-й песни).

 

61. Там же, пятый тропарь 3-й песни.

 

62. Стихиры на стиховне, поемые в праздник Введения Пресвятой Богородицы (вторая стихира).

 

63. Второй канон Введению Пресвятой Богородицы (второй тропарь 4-й песни).

 

64. Там же, третий тропарь той же песни.

 

65. Сказание о Введении во храм Пресвятой Богородицы и Приснодевы Марии. Четьи-Минеи, ноября в 21-й день.

 

66. Свт. Георгий Никомидийский. Слово на Введение Божией Матери во храм.

 

67. Первый канон Введению во храм Пресвятой Богородицы (ирмос 9-й песни).

 

68. Стихиры на «Господи воззвах», поемые в день Введения Пресвятой Богородицы на великой вечерне (четвертая стихира).

 

69. Первый канон Введению во храм Пресвятой Богородицы (первый припев 9-й песни).

 

70. Там же, третий тропарь 7-й песни.

 

71. Все эти события упоминаются в церковных службах предпразднства Введения во храм Пресвятой Богородицы (20 ноября) и в самый праздник Введения (21 ноября). О том, что Пресвятую Деву сопровождали отроковицы, ее сверстницы, с зажженными свечами, см. канон, поемый на утрене 20 ноября (первые тропари 1-й, 3-й и 4-й песен, второй тропарь 6-й песни и четвертый тропарь 9-й песни); стихиры на «Господи, воззвах», поемые в самый день праздника Введения на малой вечерне (вторая стихира); стихиры на стиховне, поемые в день праздника Введения на великой вечерне (вторая стихира), а также стихиры на «Господи, воззвах» (пятая стихира). О встрече Отроковицы первосвященником Захарией см. стихиры на «Господи, воззвах» в день предпразднства (Богородичен) и в самый праздник: на малой вечерне (первая стихира), на великой вечерне (первая стихира), а также вторая стихира на литии; см. также первый канон, поемый на утрене в день Введения (второй тропарь 8-й песни), и второй (пятый тропарь 1-й песни и третий тропарь 8-й песни). О введении Девы во внутреннейшее отделение храма см. второй канон, поемый на утрене в праздник Введения Пресвятой Богородицы (шестой тропарь 7-й песни). О пребывании во Святая святых – см. стихиры на стиховне, поемые в самый день праздника (третья стихира).

 

72. Утреня в день предпразднства Введения во храм Пресвятой Богородицы, седален по первой кафизме.

 

73. Прп. Иоанн Дамаскин. Беседа первая на Успение Божией Матери.

 

74. Второй канон Введению Пресвятой Богородицы (четвертый тропарь 4-й песни). В канонах, поемых в предпразднство и в самый день праздника Введения, говорится о том, что Богоотроковица была питаема «пищей небесной», – см. канон в день предпразднства (третий тропарь 5-й песни) и второй канон праздника (четвертый тропарь 7-й песни). Пищу Она принимала из руки Ангела – см. канон предпразднства (второй тропарь 7-й песни и пятый тропарь 8-й песни) и Введению (третий тропарь 4-й песни); см. также стихиры Введению: на «Господи, воззвах» (четвертая стихира) и третья стиховная стихира. В службе Введению называется и имя Ангела – Гавриил (Богородичен на «Господи, воззвах»).

 

75. Стихиры на хвалитех, поемые в праздник Введения Пресвятой Богородицы (третья стихира).

 

76. Второй канон Введению (четвертый тропарь 5-й песни).

 

77. Там же, четвертый тропарь 6-й песни.