Документальные свидетельства и исследовательская литература о святителе Николае (Касаткине)

Жизнеспособность любой религиозной организации естественно выражается в ее миссионерском распространении. В России еще до того, как миссионерская деятельность исчерпала себя на собственно русской территории, порыв проповеди устремился дальше за ее пределы (например, в Китай, Корею, Индию, Японию). Часто встречающееся незнание православный миссионерских деяний вытекает из собственного характера таковых. Никакой империализм или прозелитизм не запятнал православное служение.

Если при некоторых обстоятельствах проявлялся другой дух, он был органически чужд православному миссионерскому настрою и исходил от светских властей. В православном образе миссионерских действий нет показного, он выражает подлинное дружелюбие к человеческой личности обращаемых в христианство и он противоречит любой статистике цифр. В этой весьма тактичной форме православие никогда не переставало «миссионерствовать». Необходимо нести Евангельский призыв людям с любовью и уважением к человеческому достоинству каждой личности. Это основной принцип, который может быть актуализирован в действительности с помощью любых эффективных и правомерных практик независимо от их конфессионального происхождения.

101 год тому назад 3 февраля 1912 года святитель Николай архиепископ Японский почил о Господе. В те дни глубоко скорбела вся Православная Церковь. Скончался великий миссионер, который на исходе второго тысячелетия христианства показал всей своей жизнью, что существует и в XX веке апостольское призвание и возможны апостольские труды. В Японии архиепископа Николая почитали не только христиане, но и язычники. После императора не было в Японии человека, который пользовался бы таким уважением и известностью как он. Один из современников святителя писал в 1912 г.: «Нам неоднократно приходилось быть свидетелями, как язычники, совершенно незнакомые Владыке, низменным восторгом приветствовали его на улице и их мощное «банзай Николай» частенько раздавались в Японских кварталах. А дети, милые японские дети, постоянно окружали его кольцом и, как бабочки на огонь, вихрем неслись на встречу суровому на вид, но с добрым, ласковым сердцем святителю... Должно заметить, что беспрерывный, тяжелый апостольский подвиг, праведная жизнь, особая прозорливость, чему мы сами были неоднократно свидетелями, давно уже между верующими Православной Японии составили убеждение, что святитель Николай особенно близок и угоден Господу, что он его прославил небесною славою. Даже язычники, и те помещали в газетах его портреты с сиянием и нимбам и часто называли его «Сей да Кео», то есть святой архиепископ».[1] Содержанием всей жизни святого равноапостольного архиепископа Японского Николая был неустанный труд ради Святого Православия в далекой «стране восходящего солнца», труд, открывший особую главу в истории православной духовной культуры и увенчавшийся рождением и возрастанием новой Церкви в стране языческой.

О святом Николае много писали и при его жизни и после его блаженной кончины. Первые очерки и воспоминания о неутомимом проповеднике Слова Божия на далеких Японских островах появились еще во времена, когда молодой иеромонах Николай еще начинал свои миссионерские труды, и с тех пор число публикаций о святителе продолжает умножаться до сего времени.[2] В ряду этих работ особое место принадлежит до сих пор непревзойденному по своему фактическому охвату и научно-богословскому анализу имевшихся на тот период времени материалов о жизни и служении святого Николая Японского очерку (который можно было бы скорее назвать монографией) архиепископа Минского и Белорусского Антония, опубликованному в сборнике «Богословские труды» за 1975 год.[3] Вместе с тем хотелось бы отметить, что существенным недостатком бывших до недавнего времени исследований о жизни и пастырстве святого, было то, что большинство авторов в своих работах по ряду причин не имело возможности полноценно использовать в своих трудах «Дневники» святого Николая Японского, которые, без сомнения, являются одним из важнейших его творений.

Было давно известно, что Николай писал дневник. Епископ Сергий (Тихомиров), говорит в своих воспоминаниях «Перед и после скончания архиепископа Николая» (1912), что Николай писал о своей болезни в дневнике. Но не предполагалось, что его дневники сохранились. Люди, связанные с японской православной церковью, и исследователи истории русско-японских отношений считали, что хранившиеся в токийском соборе бумаги Николая сгорели при пожаре во время великого Кантосского землетрясения 1923 года. Советские японоведы знали, что Николай был крупнейшим связующим звеном русско-японских отношений в конце эпохи Токугава и в эпоху Мэйдзи, но они и предположить не могли, что его дневники находятся в ленинградском государственном хранилище архивной литературы. После смерти Николая в 1912 году и до Кантосского землетрясения некий русский, близко знавший Николая в Токио, увез с собой или отослал в Россию дневники, письма и другие многочисленные бумаги покойного, и они сохранились в архиве Синода.[4] Возможно, этим русским был, руководивший после Николая японской православной церковью, епископ Сергий (Тихомиров). Малая часть духовенства русской православной церкви и студенты духовных академий советского периода знали, что дневники Николая хранятся в ленинградском ЦГИА. Однако в СССР под властью компартии общение ученых разных областей было очень редким, и факт существования дневников не был известен широким кругам научной общественности за пределами православной церкви. А поэтому не существовало и плана его поэтапной расшифровки и публикации. В Японии первым о существовании дневников узнал профессор университета Хоккайдо КэнносукэНакамура. Установив этот факт осенью 1979 года, он получил при посредничестве АН СССР микрофильмы с текстом дневников. С этого времени дневники Николая стали объектом научного исследования. В конце 1981 года КэнносукэНакамура обратился к ленинградскому специалисту по Священному Писанию Константину Ивановичу Логачеву и его супруге Ларисе Николаевне Логачевой с просьбой о расшифровке текста дневников, на что они охотно согласились.[5]КэнносукэНакамура из университета Хоккайдо, ЁсикадзуНакамура из университета Хитоцубаси, РёхэйЯсуи из университета Васэда и МицуоНаганава из государственного университета Йокохама совместно переводили расшифрованные фрагменты дневников на японский и издавали текст по частям под названием «Дневники проповедника Николая» в ежеквартальном журнале «Окно» (№58 – 66) издательства «Наука». Кроме того, КэнносукэНакамура опубликовал в ноябрьско-декабрьском выпуске советского журнала Вопросы литературы за 1990 год статью «Достоевский и Николай Японский» о дневниках Николая и описанном в них посещении Николаем Достоевского (1 июня 1860 года), упомянув при этом архивный код дневников – Фонд 834, опись 4.[6] Долгое время Накамуре не удалось выяснить структуру, объем (количество тетрадей) и хронологические рамки дневников. До последнего времени не удавалось это сделать и Логачевым. В публикации («Дневники святого Николая Японского». Составители: К. Накамура, Е. Накамура, Р. Ясуи, М. Наганава. Издательство Хоккайдского университета, 1994.) отсутствует 1878 год, с 1870 же по 1882 год записи следуют почти без пропусков. Затем идут записи военного периода с 1903 по 1905 год. С 1883 по 1902 год в дневниках большой пропуск, но записи событий, сыгравших самую большую роль в жизни Николая, в основном представлены – это начало деятельности вновь учрежденной Японской Миссии, второе возвращение в Россию для сбора средств на строительство собора в Токио, поездка по церквам районов Канто и Тохоку и, наконец, русско-японская война как крупнейшее происшествие, повлиявшее на судьбу Николая и всей православной церкви в Японии.[7]

По оценке Данилушкиной, «Дневники» представляют собой около 35 рукописных томов, в среднем по 200-300 страниц в каждом и охватывают период с 1870 по 1912 год.[8] Постепенно о существовании дневников Николая и их значении узнали и в Японии, и в России, причем в России также вырос интерес к дневникам. В 1986 году по благословению Его Высокопреосвященства митрополита Ленинградского и Новгородского Алексия, ныне Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, началась подготовка к печати «Дневников» святого архиепископа Николая. Небольшая часть «Дневников» была переведена и издана в Японии в 1989 году в журнале «Мадо». В 1992 году Северо-Западная библейская комиссия в городе Петербурге издала брошюру «Япония накануне и во время войны с Россией глазами святого равноапостольного Николая Японского»[9], в которую вошли записи с 26 апреля по 1 августа 1903 года. В этом же году появилась и статья хранителя фондов ЦГИА М. Данилушкиной в «Московском журнале» №8, представляющая собой первый опыт анализа «Дневников» святого архиепископа Николая.[10] Но несомненным событием в современной православной агиологии явился выход в 1994 году в Японии, в издательстве Хоккайдского университета значительной части «Дневников» святителя.[11] В ряду последних зарубежных публикаций, несомненно, заслуживающих внимания и позволяющих более полно представить себе облик выдающегося пастыря, хотелось бы отметить двуязычный сборник «Россия и Япония» (Токио, 1990), в котором профессором МицуоНаганава подготовлены к печати и прокомментированы 13 писем святителя Николая периода Русско-Японской войны (1903 – 1904 годы).[12]

 


[1] «Высокопреосвященный Николай, Архиепископ Японский // Жизнеописания отечественных подвижников благочестия XVIII и XIX веков». Том дополнительный. Книга 2-я. Июль – декабрь. М., 1912, с. 58. Цит. по: Георгий (Тертышников), архимандрит. «Миссионерский подвиг Святого Равноапостольного Николая в Японии» Журнал «Альфа и Омега»,. №3 (17). М., 1998, с. 181.

[2]См.: следующие исследования относительно личности архиепископа Николая (Касаткина): Синявский П., протоиерей. «Материалы для биографии Высокопреосвященнейшего архиепископа Николая, начальника Российской духовной миссии в Японии». «Странник», 1910, октябрь, с. 403 – 410; Позднеев Д. «Архиепископ Николай Японский (Воспоминания и характеристика)». С.-П., 1912; Кониси, профессор университета «Djsisha» (Киото). «Воспоминания японца об архиепископе Николае». «Христианин», т.1, 1912, январь – апрель, с. 665 – 669; Сергий (Тихомиров), епископ. «Памяти преосвященного Николая, архиепископа Японского (к годовщине его кончины 3 февраля 1912 года)». «Христианское чтение», 1913, ч. 1, с. 3 – 76; Платонов А. «Апостол Японии. Очерк жизни архиепископа Японского Николая», Петроград, 1916; Казем-Бек А. «Апостол Японии Архиепископ Николай (Касаткин). (К 100-летию Православия в Японии)». «Журнал Московской Патриархии», 1960, июль, с. 43 – 58;Амбарцумов Е., протоиерей. «Архиепископ Японский Николай (Касаткин)». ЖМП, 1961, №10;Васильев А. «Из воспоминаний об архиепископе Японском Николае». ЖМП, 1962, №6; Марк (Лозинский), игумен. «Святой Николай, архиепископ Японский». В книге: «Доклады и статьи». Машинопись. Том 1-й, Загорск, МДА, с. 185 – 230; «Неизвестное письмо святителя Николая Японского и воспоминания о нем». Публикация Г. Гуличкиной. «Московский журнал», 1992, №11/12, с. 59 – 64; Георгий (Тертышников), архимандрит. «Святой равноапостольный Николай, архиепископ Японский». Фессалоники, 1995; Георгий (Тертышников), архимандрит. «Миссионерский подвиг Святого Равноапостольного Николая в Японии» Журнал «Альфа и Омега»,. №3 (17). М., 1998; Авраамий, архимандрит. «Первый Благовестник Православия в Японии, архиепископ Николай (Касаткин)». В книге: Сергий (Страгородский), архимандрит. «По Японии (записки миссионера)». М., 1998; Шаталов О. «Святитель Николай (Касаткин) в первый период деятельности Российской Православной Миссии в Японии (1861 – 1875 годы)». «Воронежский епархиальный вестник», 1998, №1(55); «Николай-До. Святитель Николай Японский. Краткое жизнеописание. Выдержки из дневников». Составитель А.Чех. С.-П.,2001.

[3]Антоний (Мельников), архиепископ. «Святой равноапостольный архиепископ Японский Николай». «Богословские труды», М., 1975, сборник 14, с. 5 – 61.

[4]После кончины святителя эти рукописи были перевезены из Токио в Петербург и переданы на хранение в Архив Святейшего Синода, где находятся и сегодня в составе Центрального государственного исторического архива (фонд 834, опись 4, единица хранения 1137 – 1172).

[5]О поисках дневников КэнносукэНакамурой и его просьбе супругам Логачевым о расшифровке текста см. в записи беседы «В поисках дневников отца Николая»: «Япония и Россия». Сборник статей. Издательство «Наука», 1990.

[6]«Дневники святого Николая Японского». Составители: К. Накамура, Е. Накамура, Р. Ясуи, М. Наганава. Издательство Хоккайдского университета, 1994. С. xvii – xviii.

[7]Необходимо было бы получить записи мая 1891 года, когда произошел инцидент в Оцу (24-й год Мэйдзи, нападение в городе Оцу японского полицейского на русского наследника престола, Николая, но, несмотря на все усилия, майские и июньские записи 1891 года не удалось обнаружить. «Дневники святого Николая Японского». Составители: К. Накамура, Е. Накамура, Р. Ясуи, М. Наганава. Издательство Хоккайдского университета, 1994. С. xviii - xix.

[8]Данилушкина М. «Святитель Николай Японский и его дневники». «Московский журнал», 1992, №8, с. 55 – 61.

[9]«Япония накануне и во время войны с Россией глазами святого равноапостольного Николая Японского». «Северо-западная библейская комиссия». С.-П., 1991.

[10]Данилушкина М. «Святитель Николай Японский и его дневники». «Московский журнал», 1992, №8, с. 55 – 61.

[11]«Дневники святого Николая Японского». Составители: К. Накамура, Е. Накамура, Р. Ясуи, М. Наганава. Издательство Хоккайдского университета, 1994.

[12]НаганаваМицуо. «13 писем архиепископа Николая Японского». «Россия и Япония». Сборник статей. Выпуск 2. 1990.

acathist.ru