Сергий (Василевский), архимандрит. О совершении Литургии Преждеосвященных Даров вне храма для жителей деревень приходских.

(по поводу статьи: “об устройстве часовен в деревнях”).

Посвящается памяти в Бозе почившаго бывшаго казанскаго архиепископа Антония.

Вот начальные слова статьи, подавшей повод к нижеследующему разсуждению: “В виду приближающихся праздников Рождества и др. невольно приходит в голову мысль о положении, в какое поставлены бывают прихожане в селах, где упразднены церковные штаты и где, хотя находятся свои храмы, но нет причтов. Но ни кто еще не обратил внимания на тех православных христиан, которые, живя в разных деревушках, иногда очень значительных и обширных, совсем уже не имеют y себя храмов и следовательно навсегда лишены возможности слышать церковное богослужение в самом месте своего жительства”… по причине, – должно разуметь здесь по моему, – самой отдаленности, иногда весьма значительной, от села, в котором находится приходский храм.

Эти одни начальные слова, без продолжения даже чтения дальнейшего изложения всей статьи, на столько сильно и глубоко проникли прямо в душу и как бы укорили совесть мою, что я тотчас же по прочтении оного благословился взяться за перо.

Tó, что печатно не проводимо было еще доселе ни разу содержание прочитанной мною статьи, верно; но чтобы никто не обращал внимания на тех православных христиан, которые, живя в разрозненных деревушках, лишены возможности слышать церковное богослужение и пр., – этого нельзя сказать безусловно и без всякого исключения.

Приемлю на себя долг сказать по правде и чистой совести, что не только внимание, и не в смысле только вопроса или указания относительно сказанного положения православных христиан, но всецелое искреннее сочувствие, и, близкое к самому делу, участие было не раз выражаемо к таковому положению меньших братий, и преимущественно в тех местностях в разных епархиях, в коих пришлось служить мне в разные времена, и где самое это именно положение действовало на меня особенно крайне грустно – до глубины души, и где самые причины, обстоятельства и условия вызывали на глубокие думы: – как и чем возможно было бы восполнить все те недостатки и устранить затруднения к положительному улучшению этого положения.

Скажу более: указываемое положение приходских деревенских жителей вызывало сказанные чувствования и думы и самые намерения и предположения не в отношении только праздника Рождества Христова и других дней, – когда для этих деревенских жителей могли бы совершаться, по словам автора статьи, всенощные и молебствия, но в отношении к гораздо важнейшему и священнейшему долгу христианскому, – разумею, – говение в великий пост и в другие посты и самое таинство исповеди и наконец таинство божественного причащения.

И вот эти-то, – истинно долженствующие быть вожделеннейшими для всякого христианина и тем паче для священнопастыря в сельско-деревенском приходе, – мысли и соответствующие им предположения: – как бы осуществить их самым обще-практическим путем и с тем вместе строго церковно-каноническим образом и порядком, – могут вызвать на первых порах возражения.

Но с начинающим благое – Бог! благословясь о имени коего, пишущий эти строки и приемлет дерзновение доказать, что против указываемых предположений едва-ли могут быть сделаны основательные возражения.

Если при разсмотрении и разрешении вопросов иметь в виду только святую истинну и истинное благо сельского населения и руководиться свято-христианскою ревностью о спасении ближних и в частности меньших братий о Христе Господе нашем, – то всякая недоумевающая и даже противовещающая мысль преклонится в послушание пред положительною разумною целесообразностию изложенных ниже предположений и убедится в возможности осуществления их в действительности наравне с общею церковною практикою.

Я сказал выше, что известные слова статьи какбы укорили мою совесть, – доскажу теперь: почему именно?… Потому, что с одной стороны вот уже ровно 21 год, как впервые высказывал я свои мысли по излагаемому предмету бывшему томскому епископу преосвященному Порфирию, – за тем архиепископу полотскому Василию, и наконец казанскому архиепископу Антонию, – и хотя излагал эти мысли даже и на бумаге, – но до сих пор не имел возможности, по обстоятельствам моей службы, заявить что нибудь об этом печатно. Потому-то слова автора попавшейся мне под руку статьи: “что никто доселе не обратил внимания на положение православных деревушечных жителей по части столь тяжелого для их верующих душ лишения – видеть и слышать богослужение” и пр. – истинно укорили мою совесть. Укорение это еще более для меня стало чувствительно, что я, как раз за несколько времени пред сим, имел даже прямой повод и основание изложить, хотя вкоротке, свои мысли в составляемой мною биографии в Бозе почившаго архипастыря казанского Антония, который по преимуществу сочувствовал моим мыслям и был как бы готов воспользоваться ими в приложении к церковно-приходской практике.

Не стану говорить пока, почему возникла y меня мысль по настоящему предмету с первого раза в Томске, потом в Витебске. Скажу только, что там и сям были свои особенные местные причины, заключавшиеся именно в самом положении и условиях отдаленности деревенских жителей по отношению к приходским храмам. Главная же причина и повод, ближайшим образом вызвавшие мои мысли и заставлявшие выражать их пред святителями, заключались в том, что в так называемых исповедных приходских ведомостях, которые приходилось мне видывать, во многом множестве значатся отметки приходских священников “не был”, “не была” не только y святаго Причащения, но и на исповеди. Неисполнение же этого священнейшего долга со стороны прихожан вменяется весьма строго в вину нерадения и самим духовным пастырям. – В Бозе почивший владыка Антоний казанский весьма ревновал о возможно-посильном устранении столь глубоко-грустного явления и в частности – именно в среде новокрещенского инородческого населения. Но как все мероприятия его все-таки не увенчивались достижением желаемого в полноте, – то ему и выражена была мысль с указанием на одно из существующих церковных богослужений, которое, остается без практического приложения к разсматриваемому предмету и делу.

Указание это было сделано именно на совершаемую по средам и пятницам, в течении всего великого поста, литургию преждеосвященных Даров.

Нужно прежде всего заметить, что Высокопреосвященнейший Антоний по собственному чувству усердия1 совершал литургию преждеосвященных Даров в полном смысле слова – неопустительно до самых последних годов, когда уже, по причине усилившейся в нем хронической болезненности, он не мог выполнять этого святаго дела по прежнему.

В силу этого поставлены были пишущим вопросы Высокопреосвященному Антонию такого рода: во 1-х, обязательно ли для каждого священника неопустительное совершение этой литургии? во 2-х, какое именно значение имеет это чинопоследование богослужения собственно в приложении к церковно-приходской практике священника в отношении к прихожанам? – в 3-х, может ли совершаться эта же самая литургия в другие посты, в которые тоже бывают иногда, – хотя и мало, – говеющие? и в 4-х, может ли быть отправляемо все чинопоследование этой литургии вне храма, и где либо в частном доме, если не в жилом, то в так называемом молитвенном доме, или в часовне?. И наконец, в последнем случае, потребны ли непременно святый антиминс, или же может совершаться эта служба и самое причащение мирян подобно тому, как бывает причащение больных в их домах, куда является священник с Святыми Дарами Тела и Крови Христовых при известных принадлежностях и обстановке? – В учительном Известии, печатаемом при служебнике и правильниках, – говорил я при этом – сказано, между прочим, так: “Егда святыя Тайны имаши, о иерею, приготовляти ради нуждных потреб в четверг великий или в ино время, тогда св. Агнец вторый изми и по чину, яко же в великий пост в преждеосвященной литургии указано, сотвори, напаяя св. Агнец животворящею Кровию из св. чаши по малу лжицею”.

Все эти, к ряду один за другим непрерывно высказанные в Бозе почившему святителю, вопросы сразу дали ему разуметь – что они значат и к чему направляются. – Потому вместо своих ответов, как и следовало ожидать, вполне соответствующих, положительных, – Владыка Антоний промолвил: “а ну-ка, скажи-ка ты мне прямо, что́ за мысли это y тебя и с чего ты их взял!! Я вижу, что тут много интереснаго и дельнаго”.

С полнейшею всегдашнею откровенностию к столь священно-чтимому мною святителю Антонию я начал свою речь прямо с того, с каким примерно-подражательным усердием совершал он сам, из года в год неопустительно, литургии преждеосвященных Даров, и как, несомненно, многие из горожан с особенным усердием собираются на это богослужение. – И неудивительно, потому что, если литургия преждеосвященных Даров самым своим чинопоследованием может особенно сильно и действенно возбуждать молитвенное настроение до умиления, то преимущественно совершенная архиереем или вообще в городском храме при хороших певчих, – даже можно сказать преимущественнее всего при последнем условии. – Пение священных песней: Чертог твой вижду, Спасе мой, украшенный2, Да исправится молитва моя; ныне силы небесныя с нами невидимо служат – одно это, говорил я, составляет можно сказать, все, привлекающее ко храму, и настроивающее в нем души и сердца молящихся, – не говоря, всеконечно, о священно-таинственном деле богослужения. – Но отнимите это певческое хоральное пение, заставьте петь только одного причетника, под час не обладающего ни голосом, ни самым знанием напевов по простому обиходу и к тому же неизбежно снующего туда и сюда для подавания кадила и для выноса подсвечника…, – вы отнимете все душевное настроение молящихся и самое значение преждеосвященной обедни и тем паче, когда почти решительно не в обычае в приходских церквах, чтобы приобщались св. Таин за этою литургиею. Да и не только не в обычае, присовокупил я, но в Сибири напр. в томской епархии установился обычай даже в смысле каноническо-догматического положения и верования такого рода, что приобщаться за этою литургиею будто бы могут и должны только те, кои на исповеди оказались заслуживающими особенной строгой эпитимии, и потому как бы недостойны полнаго Причастия. На это был представлен мною факт, лично мною дознанный на опыте и доведенный тогда же до сведения бывшего преосвященного томского Порфирия, который еще более изумился, когда из уст одного – двух членов консистории услышал их собственное таковое же убеждение и верование относительно значения приобщения преждеосвященными Дарами не больных, a здоровых лиц говеющих3.

И так, – были мои первые заключительные слова, – ясно, что преждеосвященная литургия остается как-бы вне всякаго значения, как не прилагаемая к приходской церковной практике – именно в столь великом спасительном деле, как Причащение св. Таин. – Между тем не Вы ли, Ваше Высокопреосвященство, так ревнуете и так настоятельно делаете распоряжения разныя и угрозительныя даже для приходских сельских священников именно по этому предмету, когда из года в год видите в исповедальных ведомостях многое множество не бывших y исповеди и св. Причащения? На сколько же, в самом деле, виноваты здесь или в своем роде правы и священники и самые прихожане, когда положительно физических нет ни средств, ни условий, споспешествующих исполнению этого св. долга и дела, a напротив столь много неустранимых препятствий при том положении, в каком, по самому общепринятому порядку, поставлены и священники с своими причтами и миряне. Вы сами отлично изволите знать весь этот существующий порядок; но почему же бы не устранить в нем все непорядочное и никакими существующими доселе образами, путями и мерами не исправимыя опущения и при том не в этом только одном, разсматриваемом теперь, отношении, a в самых разнообразных и многосторонних, в которых оказывается столько недостатков и таких многовредных последствий, какия живописуются, к тому же в преувеличенном нередко виде и злорадственном чувстве, в современной литературе, с подбавкою от самаго же духовенства разнообразных материалов и самых мрачных красок...

“А ну продолжай же, пожалуйста, говорил Владыка Антоний, я теперь еще более ожидаю увидеть дельнаго, чем из самых начальных твоих слов… У меня и самаго теперь много породилось мыслей и соображений, – но я не хочу перебивать тебя… и тем более, что все мое, думаю, совпадёт с твоим, если только ты все обсудил так, как желательно увидеть именно по отношению к практическому сельско-приходскому отправлению преждеосвященной обедни”.

Да, – продолжал я, – виноваты ли те бедные прихожане, которые не могли, как говорится, поголовно от стараго до малаго, хотя и поочередно по одному или по два человека из семьи, быть на исповеди и сподобиться приобщиться св. Таин, когда для этого всенепременно нужно им из своей деревни отправиться в село., где церковь приходская?! – Во 1-х, деревни бывают на разстоянии от села весьма значительном; во 2-х, если бы деревенцы и превозмогли по усердию эту затруднительность, и в таком случае им всем из всех деревень – приходилось бы собираться по крайней мере дня на три – четыре, то спрашивается: в каком количестве может собраться весь этот люд в приходское село?!. Положим приблизительно съехалось по два человека из 100 – 150 семейств; для всех их нужно иметь пристанище на 3 – 4 дня, пристанище, по возможности, их не развлекающее. Но самыя села состоят, известно, иныя из дворов 25 – 30 – 40; к тому же y многих сельских жителей и своей семье повернуться не где… Каким же образом съехавшиеся говельщики могут разместиться, когда на один дом придется их, хотя бы по меньшей крайней мере, человек по 5 – 4?! Будь бы это еще летом, – другое дело; но говенье, по общепринятому, приурочивается исключительно к великому посту. – Далее, и самые храмы в селах не настолько пространны – особенно придельные, в коих, как отопляемых, только и совершается богослужение, a большая половина с главным алтарем в храме на зиму затворяется и закупоривается в самых дверях. Наконец, так как волей-не-волей деревенские прихожане являются к говению действительно на 4 – 3 дня и следов. сам священник может начинать исповедь их не ранее, как чрез день-два по их прибытии, то это как раз приходится не ранее пятницы, a говельщиков-то, как сказано, огромное число, около 200 – 300 человек, то спрашивается: – каково же должно быть совершение самой исповеди, когда священник в этот же один день – пятницу – должен непременно совершить и утреню, и часы с литургиею преждеосвященных даров, – a потом вечерню и прочитать правила для говельщиков ко св. Причащению. Итак, виноваты ли и прихожане деревенские вообще и сами священники в последнем отношении?! A ведь вы В. В., не раз давали от себя циркулярныя строгия предписания именно относительно совершения исповеди.. Впрочем, – продолжал я, – здесь и вообще в великорусских губерниях сказанные препятствия для приезжающих деревенских говельщиков как нибудь да могут еще устраниться, – но что подумать о белорусском напр. крае?! – Вы и сами отчасти знаете это, по смежности смоленской епархии с могилевскою и витебскою. Известно, что там нет и тени похожаго на то́, что называется здесь селом, где приходская церковь. Это не более, как, по местам, миниатюрный хуторок. Вот – церковь, при ней домы священника и причта, и еще неотменная жидовская корчма... и только… Прихожане же все разселены по хуторам… Значит, говельщикам, если и можно где приютиться, то или в домах духовенства, a точнее в одной лишь корчме, в которой действительно все почти говельщики, тотчас же по причащении св. Таин, собираются и, само собою, не лишаются первой услужливости корчмаря и сами после подвигов говения ищут себе учреждения и утешения… в глазах же самого священника, знающаго воочию, что из этих самых говельщиков редкий-реденький поставил свечу или подал просфору в церкви… Нельзя, кажется, скрывать нечто подобное и вообще, так как если где, то в приходских селах непременно есть питейное заведение и инде, в виду множества говельщиков деревенских, открывается что-то похожее на базар… и потому, кто волен и имеет деньжонки на этот раз, тоже порядочно учредится, по крайней мере в смысле, как говорится на дорожку, чтобы было ехать теплее,… или угостится y своего свата, кума и вообще приятеля, в доме котораго он квартировал в дни говения, приложивши к этому угощению и свою благодарность хозяину своим угощением… И чтож поделает в этом случае священник, хотя бы знал и ведал все это?!.. He остается ли ему видя невидеть и безмолствовать?! A с другой стороны каково и то́, когда в ту или другую деревню явятся домой хоть два – три экземпляра из говельщиков в сказанном виде?! Чего добраго, – иные тут же и скажут: вот тебе и святыня!!. Нет уж, кажется, лучше не ездить говеть то!!. Пожалуй тоже не упасешься. враг то силен... да и от кума-то или свата не отделаешься, чтобы не разрешить!!.

– “Чтo же дальше-то по твоему? проговорил Владыка.. Доселе все еще отрицательная сторона дела”..

– Далее вот что именно, – были мои слова:

Я буду,– говорил я,–излагать теперь все как бы с натуры…, как бы с личной моей практики на месте сельскаго приходскаго священнка, имеющаго причт из диакона и двух причетников.

1) Я– священник именно в приходе, положим, 4 – 5 деревень, в каком бы-то ни было разстоянии; – заблаговременно извещаю всех и сельских и деревенских прихожан, что в великий пост будет совершаться ежедневно служение на первой неделе собственно в селе – в церкви, и потому сельчане преимущественно, если не исключительно, должны говеть в эту неделю, и еще в последнюю, в которую тоже будет ежедневное служение. Деревенские же, разве только под условием всех возможных для них удобств, могут являться в эти недели для говенья. – С этим же вместе извещаются жители деревень, что во вторую неделю прибуду я со всем причтом в такую-то деревню, – в третью неделю в такую-то и т. д. и по целой неделе, кроме воскресенья и субботы, буду совершать там богослужение.

И вот, совершивши литургию в воскресенье второй недели и приготовивши два Св. Агнца для литургий преждеосвященных Даров, я в тот же день собираюсь со всем причтом в назначенную по очереди деревню. Берем мы с собою все богослужебныя книги (коих должно быть 4 экз.) да с ними и другия книги святоотеческаго и вообще религиозно-нравственнаго содержания, – в том числе и Четьи-минеи (опять в 4-х тоже экз.), – равно и все церковныя принадлежности, начиная со св. потира и дискоса, и далее Св. Евангелие, крест, кадило и хотя один подсвечник.. и полное облачение священническое и диаконское и стихари для причетников и потребныя пелены, a наконец и Св. Антиминс и самые Божественные Агнцы, – последние, само собою, должны быть влагаемы в особый ковчег – металлический... и должны быть взяты и везены самим мною – священником, a сосуды – диаконом.–Впрочем, последнее может быть, смотря по разстоянию деревни, взято и в свое время накануне среды, – для чего не долго будет съездить в село – в церковь. – Вместе с этим из церкви же должны быть взяты в достаточном запасе свечи для продажи молящимся и ладон, – a к среде должны быть доставлены в потребном количестве просфоры и к пятнице тоже.

2) По предварительному же извещению и личному распоряжению жителей деревни должны быть приготовлены четыре квартиры в домах, особенно поместительных и по возможности приведенных в приличный вид, где по прибытии в деревню разместимся: – я, диакон и причетники отдельно; и каждому отдельно даны будут экземпляры сказанных богослужебных и других книг, равно как по известному количеству свеч церковных для продажи и часть ладона для окурения помещения.

3) Деревенцы – жители должны вперед сами распределить, – кому куда приходить, смотря по близости той или другой квартиры; при том им же наперед будет сказано и внушено, что в текущем великом посте в эту неделю должны говеть и являться, поэтому, к богослужению по преимуществу те из членов семейства, которые в летнюю пору – в Петров и Успенский посты – не могут быть свободны от полевых работ или, быть может, отправятся куда-либо на сторону на заработки. He возбранится, всеконечно, и прочим усердствующим говеть, – но такое распределение необходимо в виду того, чтобы не было крайней тесноты для собирающихся в избранные дома к Богослужению.

4) Первым же самым делом в первый же день по прибытии в дереню, – я, вместе с причтом, посещаю все четыре квартиры, и тут же прочитываю собравшимся будущим говельщикам известныя постныя молитвы… и затем благословляю по чину церковному в каждой квартире начинать вечерню и кончать ее повечерием, – что́ и исполняют оставшиеся каждый в своей квартире – диакон и причетники. В своей уже квартире тоже самое исполняю я.

5) В дальнейшие дни, уже без моего посещения и благословения, во всех квартирах совершаются утреня и часы и вечерня – всевозможно в одночасное время и по началу и по окончанию; при чем строго требуется, чтобы чтение и, где возможно, пение совершались истово – не спешно. – В пении могут участвовать и все, кто умеет, – a равно и чтение можно, но всего менее, поручать хорошо и толково читающим говельщикам.

Этим чередовым собственно-богослужебным делом не закончивается все для говельщиков. После уже вечерни начинается чтение из сказанных книг, но чтение непременно во всех квартирах односодержательное, на что должно быть y каждого члена причта точное и подробное росписание. При этом чтении и сами читающие и слушающие могут сидеть, где и на чем придется, хотя бы и на печке или полатях, a усердствующие постоят. Чтение не должно быть прерываемо ни чем, ни какими либо разъяснениями со стороны читающего, ни вопрошениями слушающих. – Последние позволяются по окончании уже чтения.

7) После всего этого вечером же , спустя часа два, приблизительно около 8 часов, собираются все говеющие к слушанию вечерних молитв и канона, положенных подневно по уставу, что́ должны исполнять непременно сами духовные лица и тоже истовым образом. – Утреня начинается тоже чтением, прежде всего, утренних молитв. – Время для сего на самом разсвете.

8) Часы начинаются приблизительно в 9 часов и пред началом их прочитывается одно из поучений, по назначению, о таинствах Покаяния и Причащения. Так и идет все изо дня в день; но священник объявляет, что или немощные или малолетние, от 8 – 12 до 16 лет, могут готовиться к исповеди во вторник – после часов, с тем чтобы на следующий день в среду сподобиться приобщиться Св. Таин за Литургиею преждеосвященных Даров. – Последнее условие допускается впрочем тогда только, когда число говеющих весьма значительно по количеству жителей деревни и когда, поэтому, в один день – в пятницу не возможно будет всем поместиться в одном доме, в котором (в квартире священника) должна совершаться преждеосвященная Литургия. – Будь же в какой деревне может устроен быть особый-молитвенный дом в роде большой теплой часовни, там можно приобщать в среду только одних немощных, но с тем, чтобы они говенье продолжали; и в этом случае самое начало исповеди полагается с вечера среды, или после утрени в четверг, – смотря по числу говеющих.

10) Совершение же самой Литургии должно быть в то время, когда окончится во всех прочих трех квартирах служение часов. Для этого готовящиеся к причащению выслушивают самыя правила пред причащением, собравшись уже все в квартиру священника, куда являются и диакон и причетники для служения при Литургии. Диакон и сам должен готовиться к причащению и служить.

11) Для св. Антиминса и поставления сосудов Св. Агнца должен быть, само собою, устроен особый стол или аналой четвероугольный, освященный при молебном пении с водосвятием и облаченный в приличное парчевое одеяние сверх, a прежде в холщевое, – окропленные тоже св. водою. – Самый чин совершения Литургии, конечно, должен быть установлен соответственно самой постановке места и действий, – что́ и должно быть определено не иначе, как с архиерейского установления и должно быть напечатано в виде дополнения к обыкновенному служебнику.

12) Просфоры для причастников должны быть освящены пред началом Литургии за краткою литиею, подобно как делается эго в великую субботу по окончании Литургии, и потом должны быть получаемы причастниками вместе с антидором и теплотою с вином по причащении, или же прямо из рук священника при целовании креста по отпуске молитв благодарственных по причащении; при чем священник сделает от себя наставление самим причастникам, дабы они эти освященные просфоры вкушали дома по частицам в течении первых последующих дней с крестным знамением “над горсткой” утром на тощак, и хранили их y божницы честно и благоговейно в глазах всего семейства.

13) По совершении всего этого, священник в туже пятницу отправляется сам с одним из причетников домой в село, взявши с собою все главные свящ. предметы, чтобы там приготовиться к служению в субботу; a диакон с другим причетником остаются еще для вечерни, утрени и часов субботних.

14) Само собою, однако разумеется, что если окажутся усердствующие и имеющие удобство ехать в село и там найти доброе помещение, чтобы там и приобщиться св. Таин за Литургиею в субботу или даже в Воскресенье,4 таковых следует располагать и поощрять, – и вообще внушать, что Богослужение собственно в храме и самый храм должны иметь для верующих христиан свое особое подобающее святынное значение, и что говение и Богослужение и приобщение в деревенских домах допускается ради только нужд и из снисхождения к жителям, могущим встретить явные и едва преодолимые препятствия к исполнению своего первейшаго священейшаго долга. – И мне кажется, – прибавил я, – что, участвуя при Богослужении ежедневном и при всех удобствах к самому внимательному и непосредственному наблюдению за всем порядком уставности и обрядности и пр. большинство в следствие этого-то и почувствует расположение к Богослужению вообще совершаемому в храмах, в коих иначе они бывают, может статься в три года однажды, и-то как нибудь заходом случайным.

“Вот это-то хорошо, что ты так кстати оговорился, – сказал преосвященный, – иначе пожалуй можно бы почти вконец отучить деревенцев от храмов, да и раскольники, пожалуй бы, стали пользоваться этим наговаривая нашим деревенцам, что вот-де теперь и вам по нашему тоже слушать в молитвенных домах, – да и без попов в иных домах... A впрочем, продолжай, – я не стану перебивать твоей речи до конца”.

Сказать правду, Вы, Ваше Высокопреосвященство, не перебиваете моей речи, a напротив подспориваете ея содержание. A именно: если бы раскольники и действительно стали проводить подобныя речи в среду наших простячков, особенно на первых порах... за-то время от времени и сами-то они познали бы многое и многое другое. Во 1-х сами-то наши деревенцы были бы в состоянии, современем, уметь ответить раскольникам кое-что, и не по-теперешнему (Да я и не договорил еще прежде – в приходах, смешанных с раскольниками, или с новокрещенцами или отпадшими, между прочим чтением, возможно и должно по немножку прочитывать из книг нечто и в отношении к последним, по крайней мере в главных пунктах.) Во 2-х, сами-то раскольники обезоружились бы в том особенном y них доводе против нашего духовенства, что оно только “дерет с живаго и мертваго”, a ничего не делает для прихожан, не учит, не блюдет за прихожанами и т. п. A тут-то, когда увидели бы, что в каждой деревне четыре раза в год, во все посты, кроме других случаев праздничных, весь причт проживает по целым неделям и изо дня в день совершаются четыре-кратно Богослужение и вечерние правила, и читаются святоотеческие книги и пр., то сами же раскольники, пожалуй, поревновали бы всему этому5... Наконец еще доскажу к этому когда современем во всякой деревне были бы устроены6 часовни, хотя и небольшие, – тогда в летние посты Петров и Успенский – священники и весь причт вместе могли бы совершать все ежедневные Богослужения при самой часовне под открытым небом, и вот тогда бы, где есть и некрещеные инородцы-татары, черемисы и друг. из любопытства бы одного не замедлили, хотя издалека, наблюдать за Богослужением и пр. и тогда бы, дал Бог, что одно это любопытственное надзирание проникло бы далеко-глубоко; особливо, когда бы эти самые некрещеные инородцы увидели это Богослужение в новокрещенских напр. приходах совершаемое на их же родном языке, и когда следов. наблюдающие могли бы слышать и понимать и читаемое и поемое... Ведь известно и Вам, Ваше Высокопреосвященство, что бывали примеры, как напр. стекались инородцы некрещенные, положим тоже из любопытства, когда видели ходы с св. иконами в Пасху из деревни в деревню с пением или во время молебствий, совершаемых иногда на полях, – хотя здесь менее порядка и чинности и самого содержания.

“Это все действительно разумно обсуждено и дал бы Господь, чтобы так могло быть все на деле.”

Но, – продолжал я, – это все сторона духовная, церковно-религиозная; что же выйдти должно отсюда же именно в отношении вещественном и для храмов приходских и для самого духовенства.

Во 1-х, если в последнее время злобою, как говорится, дня служит вопрос и дело о церковных доходах и главнейшем источнике их – продаже церковных свеч, то мне кажется, что если взять только в расчет, – сколько в каждой деревне в четыре недели может быть куплено всеми говельщиками свеч и другими приходящими и усердствующими, – то едва ли не удвоится , если не утроится и более, количество свечь продаваемых, сравнительно с тем, что теперь продается собственно при Богослужениях в церкви. Быть не может, чтобы каждый говеющий не поставил хотя одной свечки в день, a иной усердствующий и за каждым Богослужением. В этом случае, по моему, возможно даже дозволить брать каждому свою свечу не догоревшую даже к себе в дом на употребление пред своими иконами во время, особенно, самаго говенья; и это будет особым призывом к усердию покупать свечи. Иной же, само собою, поусердствует покупать для дома особую свечу, и все семейные, несомненно, будут этому обычаю сочувствовать, видя, что в доме их есть особый молитвенник – говельщик и будут относиться к самому этому лицу иначе, т. е. не развлекать его, ни тем более нарушать его спокойствие и освобождать от каких либо неуместных для него работ... Наконец естественно, что будут покупать свечи и в запас, хотя-бы по нескольку. Это условливается между прочим даже и тем, что за получаемые свечи могут платить приношениями вместо денег, за неимением, может быть, последних, особенно в домах бедных, (или же можно давать им безплатно). Приношения же эти могут состоять – или в холсте или в других материалах, которые староста может обратить в деньги, или еще в воске, который y многих может водиться, и который, как цельный-неподдельный, может быть употреблен на свечи… И эти-то приношения – нужно сказать, – в ценности своей будут далеко превосходить цену свечей… Сверх этого, в каждой деревне должно быть оставляемо y избранного лица, – в роде как бы старосты, – известное количество свеч для всяковременной продажи желающим. К сему священник попреимуществу может внушительно расположить всех, дабы в праздники и в воскресные дни, по крайней мере, ставили y св. икон одну свечку и сообща молились.

Что касается до контроля в этом деле, – об этом не теперь речь; чем меньше его, тем лучше и чище будет ведено это дело. – Кроме свеч можно оставлять для продажи масло деревянное, ладон, крестики, иконки, книжки. К слову о крестиках (наперсных) и иконах нельзя не сказать, что а) весьма многие, особливо из детей, не имеют крестов, потому что нередко теряют, б) иконы же бывают или чрез-чур уже потемневшие от времени и копоти или письма самого суздальскаго и наконец редко бывает их по две-три… По месту, если в какую пору самую удобную, то именно проживши по целой почти неделе в деревне, священник найдет полную возможность как-бы вместо прогулки и отдыха посетить все домы до единого и повидеть всякого в семействе от старого до малого и тут лично усмотреть и благовнушительно указать на сказанные недостатки и настоять приобресть и крестики и иконы, предложив тут же взять из привезенного запаса, хотя бы и в долг до времени, и иконы рекомендуя покупать, кроме икон Спасителя и Божией Матери, по именам Святых, какие кто имеет из лиц семейства. Я знаю примеры, как священник №№ делает это, между прочим, при крещении и при таинстве брака. При первом он назначает купить иконку святого, во имя которого наречен новокрещеный – a при втором предлагает родителям жениха и невесты непременно приобресть иконы или по имени их, или, если есть таковые y них, – то иконы Спасителя и Божией Матери, и этими-то иконами, при молебне водосвятном освященными, предлагает благословить родителям брачущихся. – Доброе дело бы было, чтобы в числе икон были так называемые складни и кресты металлические восьми-конечные; к тем и другим в простом народе питается особенное чувство; – да их и очищать хорошо, хотя просто мелом.

Во 2-х. Было уже сказано, что просфирня должна к каждой среде и пятнице приготовлять достаточное количество просфор. Если сложить все количество последних во всех деревнях за четыре недели говенья в каждой, то позволительно думать, что и здесь будет не удвоенное a удесятеренное количество просфор, – a от этого достанет денежных средств и на уплату за муку и за труды просфирне. К тому же не безъизвестно, что есть обычай в местах лесных из деревень, съобща или по усердию некоторых, доставлять дрова и для просфирни на печение просфор и на церковь безплатно. Этот обычай, кажется, может всего скорее войдти в силу при излагаемых данных, – когда действительно деревенцы будут иметь в руках своих и вкушать просфоры. – Нужно только, чтобы просфоры были возможно безукоризненной чистоты и самой формы и возможной белизны и вкуса, дабы самый вид и вкус их внушал подобающее чувство, как к предмету священному, a не был бы безразличен от какого либо базарного калача или булки.

В 3-х. Что сказать о самих служащих и воистинну труждающихся лицах причта, всех без исключения? – Ведь если сборы и поборы от прихожан хлебом и пр. действительно укорительны и для духовенства, и отяготительны для самих прихожан, – то это совершенно естественно. Всякий домохозяин деревенский невольно думает и чувствует, – за что-де давать. Большинство в самом деле, если и знают лицо, то разве только священника, a диакона и причетников – ни-ни... да и негде и случаев нет, когда бы последние могли иметь непосредственное дело к прихожанам, разве только приехать за сборами или за ругою... Но представим теперь то, что сказано выше о безразличном служении и трудах всех членов причта в самой среде прихожан и проч., довольно кажется иметь только истинное понятие о наших именно сельчанах – деревенцах, как глубоко в них чувство всякой благодарности за всякое дело доброе, и еще более, когда оно касается прямо до души, до спасения. – Остается быть более чем уверенным, что не успеют выехать из своих квартир служащие и трудившиеся батюшки духовные-церковные, – как в след же за ними повезут на своих лошадях все, что только соберется от каждого семейства по усердию чистому благодарному в общий раздел духовенства, и пожалуй в частности каждому... A кроме сего, по местам могут быть истинно добровольные сборы и денег с каждого говеющего или с каждого семейства в пользу отдельно служивших в каждой квартире7. В это же время могут быть ведены самые правильные записи говеющих и делаема самая точная проверка так называемых духовных росписей.

В 4-х, собственно по отношению к священнику здесь еще вытекает одно из важных последствий и условий, равно как и для самих жителей деревенских. – Это именно дело напутствования больных к смерти. Если, как сказано, будет неопустительно четыре раза в год говенье в каждой деревне, – и при этом сам же священник почтет своим прямым долгом внушать и располагать и старых и немощных не опускать случая и времени для говенья и исповеди и Св. Причащения, хотя бы в каждый пост, – тогда, если бы и приблизился час смертный в промежуток времени между 4-мя постами, нет нужды скакать в переполохе мужичку в село к священнику, и просить и требовать напутствовать болящаго, – так как это делается едва ли ради самаго св. напутствования, сколько из опасения, чтобы не было придирки от местных властей. Священник с своей стороны, кажется, может тут же справиться, что болящий исповедывался и приобщался св. Таин почти во все посты и в самый недавний предшествовавший, быть может бывший за какия нибудь до этой поры недели две.. и потому может быть и сам спокоен и успокоить прискакавшего, чтобы даже не ехать, когда есть благословенная причина, напр. необходимость приготовиться к служению на следующий день и т. п.

Вот все, что было говорено мною пред в Бозе почившим приснопамятным владыкою казанским Антонием по настоящему предмету. Были ли в конце концов, какие с его стороны возражения, недоумения или указываемы прямые препятствия к осуществлению высказанного и теперь изложенного, – об этом я умалчиваю до времени, выжидая, что сказал бы всякий на месте покойного владыки и кто бы ни был из благомыслящих истинных чад церкви именно теперь, когда видимо разширяется и поднимается область всего, что относится к церковно-религиозным вопросам и самым предметам духовно-пастырской деятельности...

Обращаясь же к самой статье, послужившей поводом к настоящему изложению, полагаю, что поставленный в ней и разсмотренный вопрос “об устройстве часовень въ деревняхъ” совершенно уместен, благовременен, целесообразен и к осуществлению его на деле не только не должен встретить препятствий, a напротив это осуществление сколько вожделенно, столько легко выполнимо,– если не съуживать самое назначение часовень в те рамки, как изложено автором статьи, a дать им назначение, на сколько возможно на первых порах, соответственно настоящему изложению.

В противном случае были бы вполне верны, сколько до глубины души грустны, слова автора статьи: “что никто еще не обратил, – да, видно, и не хочет обратить, – внимания на тех православных христиан, которые, живя в разных деревушках, иногда очень значительных и обширных, совсем уже не имеют y себя церквей и следовательно на всегда лишены возможности слышать церковное богослужение в месте своего жительства”. Да, если в настоящие именно дни вводятся по городским церквам, – хотя по некоторым, – воскресные чтения, или в залах общественных устраиваются чтения с туманными картинами, то, увы! уже ли те меньшия о Христе братия, живущие в глухих разбросанных деревнях, должны быть оставлены и обречены сидеть яко бы во стране и сени смертной... как древние людие Галилеи и языков!!! Между тем, о когда бы! проникал хотя бы и малым, на первый раз, мерцанием в их жилища свет истины Христовой и при том не при пособии туманных картин, a нераздельно с церковно богослужебным молением и пением, – тогда бы этот свет истинно возсиял бы в душах и сердцах их благодатно и живодейственно и соделался бы самосветящимся столь же ярко, сколько ярче зрится свет в темноте, чем при дневном свете. Если думают вводить какие-то подвижные школы по деревенским селениям , за невозможностию призывать детей в одно место, где – постоянная школа, – то изложенное нами подвижное же, так сказать, богослужение не будет ли более целесообразно, нежели подвижные школы, или во всяком случае эти последние тогда только будут истинно целесообразны, когда все содержание и характер обучения детей будут церковно-религиозные, начиная с самой грамотности церковно-славянской, и когда эти подвижные школы будут сопровождаемы лицами из духовенства, дабы всякое ежедневное начало обучения освящалось церковно-молитвенным чинопоследованием, a окончание уроков сопровождалось церковным пением.

В дополнение ко всему изложенному, скажем еще несколько слов о хождении по деревням с св. иконами в Пасху, именно, кажется, кстати будет сказать еще то, что было тоже высказываемо когда-то в Бозе почившему владыке Антонию, который, справедливо сказать, весьма любил сколько сам высказывать свои суждения и соображения подобного рода, столько же умел вызывать и других к этому.

Указываемое хождение со св. иконами имеет за собою сколько значение с издревняго, повсюднаго православного церковного обычая, столько же –благополезное значение в духовно-религиозном отношении. Но разсматривая это дело в связи со всем изложенным прежде и подводя, так сказать, под общий итог и то и другое, нельзя не желать изменения в первом соответственно второму, – a именно:

Во 1-х, в течении всей пасхальной недели, если и может и, пожалуй , должно быть совершаемо это хождение с иконами по домам прихожан, то собственно только в одном селе, где церковь. Это – потому, что во все дни этой светлопразднственной седмицы седмиц всенепременно должно быть совершаемо богослужение в каждый день, – т. е. и вечерня и утреня и обедня, в свободное от коего (богослужения) время и может совершаться хождение с иконами по домам и то только в селе.

Во 2-х, священник всемерно внушает и располагает до возможной обязательности прихожан деревенских, чтобы и они, в течении этой именно недели, как праздничной для всех, поочередно все из каждой семьи бывали хотя по одному разу на всех трех богослужениях, – начиная с утрени до вечерни, так что могли бы это сделать, как говорится, за один обыденочный приезд, смотря по разстоянию; – или же так, чтобы, приехавши к вечерни в один день могли отправиться домой в следующий после обедни. – Для этого, во 1-х, утреня должна начинаться с восхода солнца; во 2-х же, чтобы богослужение все совершалось с возможною истовостию и светлопраздничною торжественностию в полном составе причта и в облачениях лучших8, одним словом, как в самый первый день св. Пасхи. Значение этих последних условий, само собою, понятно; благолепие церковное, начиная с самаго освещения церкви, известно, сколько действенно на душу, особенно для тех, кои в первые и по разу только могут присутствовать при нем. В эти же пасхальные дни должны быть привозимы, по очередно из семьи, дети, начиная с грудных младенцев до 7-го года; то же делать должны родители и в три дня праздника Рождества Христова; или в Троицыны дни – в Воскресенье и Понедельник, с тем, чтобы во все эти дни дети были приобщаемы св. Таин.

В З-х, самое хождение со св. иконами по селу, равно как и по деревням, должно быть совершаемо священником в ризе, a диаконом и псаломщиками в стихарях... Это условие то же понятно, для чего потребно, т. е. чтобы и народ видел своих батюшек, по церковному одетых, и след. не толошился бы около них как нибудь и чтобы они сами совершали молебствия и переходы из дома в дом благообразно и по чину, a не возседали бы то там то сям для подкрепления себя и пр. не своевременно.

В 4-х, самое же хождение собственно по деревням должно быть начинаемо не ранее, как после вторника на Фоминой неделе, после так называемой радованницы. В этот день должна быть совершаема литургия в церкви по-рану и за тем сначала общая в церкви паннихида и наконец на могилах на кладбище, куда также причт весь должен брать облачения, или же прямо из церкви может отправляться туда, тоже в роде пасхальнаго же хода, с иконами, пред коими всего благоприличнее совершать и самыя заупокойныя моления, паниихиды или литии.

В 5-х, деревенские же жители должны быть предварительно повещены, в какие дни, в какой деревне будут хождения со св. иконами. И в этом случае опять поступлено должно быть так-же, как в приезд всего причта для богослужения великопостнаго, (исключая литургии преждеосвященных Даров), – a именно: причт весь приезжает и занимает те же квартиры и в них отдельно совершается вечерня, утреня и обедница. – А если в это время будет хорошее весеннее тепло, то совершается все богослужение в часовне или на открытом месте при ней. – Тут же по окончании напр. утрени должно совершать общую паннихиду обо всех живших в этой деревне и почивших , a об усопших в течении последнего года поимённо; – для сего располагать прихожан иметь помянники, которые весьма удобно могут быть написаны для всякого семейства псаломщиками разборчиво и грамотно в недели говенья.

В 6-х, хождение с иконами по домам совершать так же, как и в селе до вечера. – (Совершение вечерни и утрени можно оставить по причине усталости, a совершать только обедницу). На другой же день, между прочим, по усердию желающих, отправится причт на кладбище, чтобы там на самых могилах совершать литии или полныя паннихиды.

В 7-х Если время уже весеннее – теплое, то весьма хорошо совершить молебен общий на окраине полей для благословения, имеющих начинаться, полевых работ и с освящением самых семян хлебных. – Также можно совершать на выгонном поле молебен и окропить весь скот, который с весной выгоняется на пастбища. Одним словом, здесь должно воспользоваться временем для выполнения всех треб и чинопоследований по разным сельско-хозяйственным предметам, заведениям и занятиям, – на что есть особенные молитвословия в изданном в Киево-Печер. лавре, в неслишком давннее время, дополнении к Требнику. – В этой книжице есть, как известно, следующия молитвенныя чино-последования: чино-благословения новаго дома, – новаго кладезя, – пчел, – каких либо полезных зелий и вообще чин на благословение и освящение всякия вещи.

В 8-хь, что касается до славления Христа по домам, то это предоставить причту делать так, чтобы диакон напр. исполнил это в селе, – a псаломщики отдельно в деревнях каждый напр. в двух из четырех. Священник же за-то совершает хождение со крестом и со святою крещенскою водою9 и по селу и по всем деревням, имея при себе по очереди то диакона , то одного из псаломщиков. Обо всем этом должны быть наперед известны жители той или другой деревни, чтобы по возможности быть на готове и всем находится в доме. И при славлении Христа и тем паче при посещении священника с крестом и св. водою должно быть внушено, прихожанам, чтобы y икон была возжена свеча и по возможности окурена ладоном изба.

Наконец, в 9-х, – есть в некоторых губерниях, напр., твердо знаю, в уфимской, такой заведенный y деревенских жителей обычай, что они, с изстари времен, празднуют особенно, – собственно одноместно, – один день в году и по преимуществу в осеннее время по окончании всех полевых работ. Так, иные празнуют день св. Иоанна Богослова или преп. Сергия, другие – день Покрова Пресв. Богородицы, третьи – день св. Великом. Димитрия, или день Параскевы, нарицаемыя пятницы, наконец – день Введения и Святителя Николая. Празднование это обыкновенно происходит так, что избранные из деревенцев являются накануне в село к причту, приглашают к себе с иконами, кои и принимают из церкви, – по преимуществу запрестольный крест и таковую же икону Божей Матери и праздничную. Причт же отправляется в эту дерев- или с вечера, или на другой день, – если этот день общепраздничный – (напр. Покров или Введение) по совершении утрени и обедни и там в деревне совершает хождение со св. иконами по всем домам.

К этим, в своем роде благопохвальным обычаям празднования, само собою, должно относиться подобающим образом и потому все, что сказано было прежде, должно бы, кажется и весьма удобно, приложить к этим дням – именно по подобию пасхальных приездов причта в деревню для хождения со св. иконами, т. е. совершать в этот раз и вечерню и утреню и обедницу – в тех же самых квартирах, где собирались говельщики.

Вместе же с этим, в квартире священника должны быть совершены молебен водосвятный и общий и лития с освящением хлебов – в роде просфор после обедницы и затем уже начинаться должно хождение с иконами и св. водою и с раздачею по домам по одной освященной просфоре. – Свечи церковныя, масло и ладон должны быть тоже в достаточном запасе. Здесь же весьма статно внушить всем, чтобы икона празднуемого дня всенепременно была приобретена для каждого дома.

Все выводы отсюда по отношению ко всему указанному прежде, – и по части духовно-религиозной и церковно-служебной и обрядовой, и по части вещественной в пользу храма и всего причта, – само собою, очевидны те же прежние.

Один только вывод является здесь новый, именно тот же самый, на который, в смысле возражения, указано и автором статьи, послужившей поводом к изложению настоящему, “об устройстве часовень в деревнях”. Автор сказал, между прочим: – “могут указать на затруднительность и даже обременительность для приходскаго причта, чтобы быть в состоянии выполнять совершение богослужений – напр. всенощных по деревням, так как причт обязан совершать богослужение в своей церкви” и проч. Но и этот вывод сколько естественно является, столько же, кажется, и не должен заключать в себе указываемого смысла возражения в той мере, в какой достаточно, кажется, соображено в изложении, именно то, что богослужение в церкви не должно по времени совпадать с богослужением по деревням. – A что касается до той затруднительности и обременительности, которая преимущественно может проявлятся или даже воображаться при условии привычки возможно меньше трудиться, лишь только бы своего не лишиться... и пр. и пр.. то вместо выводов из всего изложенного, да будут прочтены с подобающим благоговеинством всеми собратиями-сослужителями о Господе слова св. Апостола в послании к Коринфянам, изреченныя им в поучение и в защищение служащих олтарю, которые потолику и делятся со олтарем и от святилища ядят, – поколику труждаются, сеюще духовная – (1Кор. 9:9–14).

Зилантова монастыря Архимандрит Cepгий.

* * *

1

Это усердие родилось y него и в подражание дяде своему Высокопреосвященнейшему Филарету, Митрополиту киевскому, который с самого посвящения своего в епископы (в Калуге) дал своего рода обет совершать всенепременно неопустительно литургию преждеосвященных Даров, что́ и исполняемо было им до конца жизни. – (Смотр. заметки о жизни Высокопр. Филарета М. киевскаго, стран. 21 – Казань 1879 г.)

2

Эта песнь поется, собственно, во дни Страстной седмицы; но она была пета постоянно на литургии преждеосвященных Даров, по распоряжению личному самого Владыки Антония в самое время облачения посреди храма к священнослужению и имела особенное значение в виду сего облачения для внития в чертог украшенный – во святый олтарь священнослужения.

3

В сибирских приходских сельских церквах в большинстве совершаются обедни преждеосвященные по самому тому, что в холодных церквах не возможно оставлять на Престоле св. Агнцев: они настолько промерзают, что нельзя отогреть и оттаять; я сам был свидетелем этого.

4

Нужно всемерно настоять, чтобы не было базаров в эти дни, a всего паче, чтобы не были открываемы питейные заведения – Это же самое требуется решительнейшим образом, чтобы и в той деревне, где совершается богослужение для говельщиков, в течении целой недели отнюдь не производилась торговля водкою со включением самого и последуюшего воскресенья, дабы говельщики и причастники не могли разговеться по этой части, хотя бы стомаха ради или, как говорится, ради трудов праведных и подвигов молитвенных...

5

Ведь и сами-то раскольники и в среде их коноводы и начетчики и самые попы секретные, по преимуществу, имеют влияние и силу в том, что, где только можно, собираются на молитвования и богослужения и на прочитывание святоотеческих книг, – Потому-то ревнующие об этом же и православные простецы легко склоняются на сторону раскольников, видя y них такие порядки и будучи укоряемы от самих же раскольников в отсутствие этих порядков благочестивых в среде православных деревенцев...

6

Вы изволите твердо знать, какие прекрасные часовни устроены в двух напр. деревнях на пути в Седмиозерскую пустынь; одна чисто-похожая на церковь.

7

В доказательство и в живой пример этого можно указать тоже на раскольнических коноводов и попов; известно, как они пользуются этим чувством благодарности и шедродательности со стороны поучаемых ими и вообще участвующих в молитвенных собраниях и в совершаемых богослужениях и в самых, хотя лжеименных, тайнодействиях.

8

Не даром и самый народ всю эту седмицу носит праздничную нарядную одежду.

9

Воду освящать, подобно иорданскому чинопоследованию, в каждой деревне в большом водоеме, дабы жители могли получить эту воду для своих потреб, – о чем внушит и разъяснит священник, т. е. о значении и употреблении сей воды.

 

Источник: Оттиск из Известий по казанской епархии за 1883 год, №№ 6 в 7. Казань, в университетской типографии