Постмодернистская религиозно-философская библиотека

Спасский Ф. Г. Служба великомученице Параскеве Пятнице

В наши Минеи попали и накрепко задержались службы прмц. Параскеве Пятнице, югославянской святой преподобной жене XI в.[1], 14 октября, и вмц. Параскеве времен Диоклетиана, 28 октября. Этот последний день праздновался до последнего времени по всей Руси[2], и в особенности в Малороссии. Великомученице Параскеве Пятнице посвящались колодцы, часовни в глухих и отдаленных местах, куда раз в год совершался крестный ход. На Севере Руси вмц. Параскева Пятница почиталась также издревле[3].

Так, в XVI в. построена церковь [вмц. Параскевы] Потницы в Сергиевском Посаде[4], в Новгороде еще в 1345г. Заложена была каменная «порушившаяся Пятница»[5], построенная еще в 1207 г.[6] В Чернигове существовала старинная Пятницкая церковь. Почаевская икона Богоматери имеет внизу изображение вмц. Параскевы Пятницы. Прославление Пятницы весьма отражено было народным эпосом[7]. Народные песни отмечали важность поста в особые 12 пятниц года и обещали за соблюдение его награду и безопасность. Поверье о пятнице как счастливом дне держится как на Западе, так и на Востоке – день этот чтут и монголы, забайкальские буряты[8].

В богослужебной нашей практике имеются случаи счета по пятницам: например, в Новгороде в девятую пятницу совершались из церквей крестные ходы в Хутынь монастырь (девятая пятница – первая пятница Петрова поста[9]: основанием этого обычая служит повествование жития прп. Варлаама Хутынского о том, что он дал слово в пятницу Петрова поста ехать на санях, что и исполнилось; в девятую пятницу крестный ход с иконой Богоматери из Курска в Коренную пустынь с 1618 г.[10]; в девятую пятницу паломничество к какому-то колодцу в Пензенской губернии[11]; в Пафнутьевом Боровском монастыре также крестный ход в девятую пятницу[12], в Устьнедумской пустыни около Устюга[13].

Служба вмц. Параскеве попала к нам неизвестно когда. Она, вероятно, существовала в каком-либо переводном списке уже в раннее время. Что же касается службы прп. Параскеве[14], то вряд ли она добралась к нам ранее середины XIV в.: прославление Преподобной началось после перенесения мощей ее в Тырнов в 1238 г.[15] Судьба этих двух служб у нас довольно запутана. В службе вмц. Параскеве, 28 октября, помечено: «на “Господи, воззвах” стихиры на 6 и на утрени канон Преподобныя на 6». В нашей Минее есть два канона, но оба Великомученице, оба согласно прославляют Мученицу и ее страдания, и не имеют и следа прославления Преподобной. Архиепископ Сергий[16], очевидно, обратил на это внимание и под 28 октября помещает попытку объяснения этого каким-то празднованием игуменье Полоцкой Параскеве: «Ошибочно из мученицы Параскевы? Или, может быть, ныне День ангела ее?[17]» - спрашивает он.

Трудно объяснить, почему греческие Минеи выпускают службу древней – при Диоклетиане – Святой, хотя в X в. и была в Царьграде церковь ее имени[18], и в то же время необычно упоминают в синаксарном указании память прп. Параскевы Новой, святой югославянской, тырновской сербыняни. Быть может, здесь сказалось влияние сербов-афонитов или же имело значение пребывание мощей в Калликратии у Цареграда. Архиепископ Сергий производил сличения многих рукописей и печатных Миней и на основании этого заключает: «Из славянских древнейшая Праздничная Минея, находится, в Императорской публичной библиотеке, относится к XI—XII вв. Замечательно, что в ней находится, 28 октября, служба вмц. Параскеве, которой мы не нашли ни в древнейших греческих рукописных Минеях, ни в греческих печатных, ни в древнейших славянских XI—XV вв., но в позднейших славянских рукописных Минеях Иерусалимского устава XVI в. служба ей есть»[19]. Служба по своему характеру, несомненно, переводная, за исключением внесенных, по всей вероятности, позже, стихир на литии – они одностильны с текстами службы прп. Параскеве, 14 октября. К сожалению, преосв. Сергий не указывает происхождения Минеи XI—XII вв. (болгарская? сербская? русская?) и не дает подробных указаний о самой службе. Это могло бы помочь в определении того пути, по которому добралась она до нас[20]. Можно лишь сделать догадку о причине удержания этой службы в нашей Минее и поводе смешения в ней наименований двух чинов святости: по краткому сообщению Чиновника московского, «в лето 7038» (1530) вел. кн. Василий Иванович, при митр. Данииле, принял «две иконы <...> преподобныя Парасковея и <святыя> мученицы Парасковии» ветхие[21]. Князь обновил их и близ церкви Покрова построил храм «Ржевския Пятницы» (иконы были принесены из Ржева)[22], куда совершался крестный ход[23]. Храм, очевидно, был посвящен двум тезоименитым святым разного чина святости, празднования которым, близко расположенные по времени одно от другого, соединялись в одном дне, храмовом, именно 28 октября. Тогда примечание, сохранившееся в Минее на канон «преподобныя», можно понимать как глухую ссылку на службу 14 октября, правившуюся совместно с мученической. Упомянутое сходство стихир на литии со стихирами службы Преподобной дает повод заключить, что их прибавили после установления праздника. Сходство это наблюдается, например, в характерном для славянских служб изложении монолога мученицы (Слава: на стих.). Кроме того, «Слава» на хвалитех: «Песньми да почтится* [почествится] Христова мученица, подобает бо ей всякое хвалословие» дает основание считать, что над добавлением трудился южный славянин[24]. Слова «хвалословие» мы не находим уже у иером. Пахомия Серба, работавшего на Руси по составлению служб в XV в. Зато обретается оно в несомненно сербского творения раннего времени службах: 12 января – свт. Савве (кан. 2, п. 8* [п. 9], тр. 3* [тр. 5]) и 14 октября – прп. Параскеве (кан. 1, п. 7, тр. 3). Несомненно, что тексты службы подвергались изменениям и добавлениям. Преосвященный Филарет[25] говорит, что Мелетий Сириг (1663* [1662]) составил один канон св. вмц. Параскеве, помещенный в греческом Анфологионе 1709 г. Возможно, что наша служба, украшенная двумя канонами, имела в XVI в. только один канон. Надо сказать, что нынешний второй канон использует довольно беззастенчиво находящийся в нашей Общей Минее канон мученице единой[26], попавший туда, даже со своим седальном, целиком из службы св. вмц. Евфимии Всехвальной, 16 сентября. Здесь этот канон имеет некое славянское приукрашение, состоящее в том, что каждый тропарь, начинающий песнь, начинается первым словом управляющего ирмоса, чего в оригинальном греческом каноне прп. Иоанна на 16 сентября не наблюдается. Этот прием выработался у славян в более позднее время. Первый канон отличается тем, что не соблюдает размера ирмоса. Автор его старается наметить какую-то дату: «Агаряны <же> в нощи граду твоему приближившыяся, отгадала еси» (п. 7, тр. 1). Несомненно, что это относится не ко времени жизни Мученицы при Диоклетиане, а к истории позднейшей – монгольских набегов или турецких нашествий. Это указание принадлежит преданию славянскому. В светильне автор использует игру слов, более понятную в службе прп. Параскеве, чем здесь. Намекая на Тырнов, где лежат мощи Святой, он пишет: «Яко шипок краснейший от терновнаго прозябла еси корене» (ср.: 14 октября, Слава: на стих.). Можно предположить, что в добавлениях к службе принимал участие Григорий Цамблак, митрополит Киевский, писатель русско-сербский. Его творчество оставило у нас свои следы. Ему принадлежит «Сказание» о перенесении мощей прмц. Параскевы[27]. Протоиерей Дебольский[28] говорит о перенесении в 1204 г. мощей вмц. Параскевы тоже в Тырнов[29], чего преосв. Сергий не указывает.