Об изображениях Пресвятой Богородицы.

Особенное место в ряду икон принадлежит иконе Богородицы. Общим основанием для ее изображения на иконе то же, что и для святых: на иконе изображается спасенное и искупленное Христом человеческое естество, прославленное и обожествленное. В постановлении VII Вселенского собора икона св. Богородицы рассматривается наряду с другими иконами, вопрос о ней не выделяется отдельно и в соборном обсуждении возможности изображения святых. Между тем в церковной практике икона св. Богородицы особо выделяется. Она занимает первое место после иконы Христа, как по числу иконографических типов, так и по особо выраженному почитанию. И здесь не следует ограничиваться общими рассуждениями, которые могут быть приведены относительно икон святых. Богородица, конечно, принадлежит святому народу Христовой Церкви, но не как один из ее членов, а как его Мать и Царица, «честнейшую херувим и славнейшую серафим», возвышающаяся над всем творением и возглавляющая его.

 Более того, человеческое естество Богородицы есть и человеческое естество Ее Сына, с которым она нераздельна по Его рождению от нее. Эта нераздельность выражена в господствующем типе Богородичных икон, а именно в изображении Девы Марии с Младенцем. Об этой иконе св. Богородицы трудно сказать, икона ли это Христа, поскольку на ней присутствует и Его образ, или же это икона Божьей Матери, которой икона непосредственно посвящена. Здесь мы имеем образ Богоматеринства или Боговочеловечения, в котором Слово Божие принимает человеческое естестсво Богоматери. «Это икона Воплощения»,- пишет протоиерей Георгий Флоровcкий.

В действительности любое изображение Богоматери с Младенцем являет собой догмат о Боговоплощении. А в эпоху борьбы с иконоборчеством образ Богоматери был неоспоримым свидетельством, демонстрацией истинности этого догмата. В лице Пресвятой Девы человечество дало свое согласие на то, чтобы Слово стало плотью и обитало среди людей.

Икона св. Богородицы есть икона Церкви. Изображаемая в конхе алтарной стены фигура св. Богородицы, сидящая на троне или стоящая в полный рост с поднятыми руками, так называемая Оранта, символизирует земную Церковь. Но необходимо подчеркнуть, что несмотря на всечеловеческое и вселенское значение изображения св. Богородицы на иконах, сохраняется и ее личный характер: это не столько икона Царицы неба, земли и всего сущего, но скорее Девы Марии, с определенной личностью и личной земной судьбой, что особенно ясно проявляется в иконах Богородичных праздников. Православная Церковь всегда сохраняла за Пресвятой Девой определенный «более человеческий» образ в сравнении с Римской католической церковью, полагая, что «премного почести может совсем лишить почести», поскольку лишает ее личного подвига в достижении той непостижимой духовной и телесной чистоты, сделавшей обыкновенную еврейскую девушку достойной стать Матерью Бога.

По своей человечности Богородица как бы более доступна для изображения, чем Богочеловек. Ее икона, естественно, теплее и менее условна и символична, чем икона Спасителя. Но, разумеется, и Ее лик не может быть передан средствами натуралистического изображения.

В церковной иконографии святой Богородицы нет места натуралистическим женским образам, как бы прекрасны они не были. Этим грешит западная живопись, где даже в самых прекрасных образцах проступает образ «прекрасной дамы». Разумеется, в красоте и чистоте девичьего или женского лица художник-иконописец может увидеть отдельные черты того Небесного лика, который он стремится изобразить на иконе, но это лишь прозрение, оно отстранено от конкретного лица. Такое впечатление может творчески обогатить живописца, само же лицо не должно быть натуральной моделью. Потому в иконном лике Приснодевы и Божьего Сына совсем не чувствуется женское естество, что, конечно, не умаляет его женского начала. В изображениях римо-католических мадонн, наоборот, женственное начало является доминирующим.

Вследствие этого в изображениях Богородицы недопустима чувственность, связанная с натурализмом, но при этом оно не должно быть сухим и схематичным. Нужно заметить, что в западной мариологии есть необъяснимое противоречие. Когда римско-католические богословы почти перестали отмечать человеческие черты в Деве Марии, эти черты были как бы перенесены в изображения Мадонны, где духовное, неземное, как бы отступает на второй план. Иконы св. Богородицы должны обладать особенной теплотой и красотой, язык красок и форм здесь должен быть особенно мягким, нежным и богатым на нюансы. В ее иконах мир и человечество стремятся изобразить свою красоту. Потому и существует такое разнообразие Богородичных икон.

Иерей Максим Мищенко