Леонид (Кавелин), архимандрит. Сочинения блаженного Феофилакта Болгарского, архиепископа Первой Юстинианы.

Достоинство сочинений блаженнейшего Феофилакта давно уже оценено Западными учеными, что свидетельствует двукратное издание полного собрания его сочинений: «Theophylacti, Bulgariae Archepiscopi, opera omnia,» в 3 томах, напечатанное в Риме в 1754–1758 годах. Есть еще и другое издание, напечатанное в Венеции, 1 с Греческим текстом и Латинским переводом. Известно также, что, кроме цельных сочинений его, относящихся собственно к истории Болгарской Церкви и просвещения, каковы: «Житие Св. Климента Охридского и Житие Тивериопольских мучеников,» в посланиях этого ученого Архипастыря к разным лицам рассеяно немало данных для древнего периода Славяно-Болгарской истории, но, при всем том, доселе еще не обследовано в каком именно столетии жил и писал блаженнейший Феофилакт. Венецианские издатели, приписывая все, собранные ими, сочинения Архиепископу Болгарскому, Феофилакту, который по указанию Дюканжа и Ассемана, жил в царствование Византийского Императора Алексея Комнина (1081–1118), и считается по каталогу Дюканжа 14 Болгарским (?) Архиеписком,2 однако же заметили, что в посланиях (письмах) и словах блаженнейшего Феофилакта «речь и слог испорчены, мало вразумительны и вообще много походят на слог всех Греков IX столетия, только в Житии Св. Тивериопольских мучеников слог лучше и ровнее».

Это мнение Венецианских издателей творений Феофилакта обратило на себя внимание одного из Славянистов, а именно: покойного Н. В. Савельева-Ростиславича, и он напечатал об этом особую статью под заглавием: «Новый источник для Болгарской истории IX века».3 Поставляя на вид выше приведенное мнение Венецианских издателей, Савельев делает из него следующее заключение: 1) Так как сами издатели заметили различие между слогом Жития Тивериопольских мучеников и другими творениями Феофилакта, писателя XI века; 2) так как в Житии мучеников описываются лишь те чудеса, бывшие от их св. мощей, которые случились в царствование Симеона, в конце IX века, и 3) так как недавно (с 1840 г.) стало известно, что был другой Феофилакт, Архиепископ Болгарский, живший в IX век, то по сему и следует (говорит Г. Савельев) заключить, что Житие Тивериопольских мучеников писал Феофилакт I, современник Болгарских Царей Бориса и Симеона, а не Феофилакт II, современник Византийского Императора Алексея Комнина, живший в XI веке. Но, разбирая точнее эти три положения, мы приходим к совершенно иному заключению: во-первых, Венецианские издатели сочинений блаж. Феофилакта ясно говорят, что слог всех творений его «кроме Жития Тивериопольских мучеников», невразумителен и походит на слог всех Греков IX столетия, а слог Жития лучше и чище, чем во всех остальных сочинениях; а из этого естественно истекает заключение, совершенно противоположное сделанному Г. Савельевым, то есть (допуская существование двух одноименных Архиепископов Болгарских [Феофилактов] и при том писателей, живших в IX и XI столетиях), что Житие Тивериопольских мучеников принадлежит писателю XI века, а все остальные, ему приписываемые, сочинения принадлежат ( по слогу и языку) другому писателю того же имени IX века. И заключение это, как прямой вывод из замечания Венецианских издателей, так естественно, что стоило бы после этого убедиться, точно ли существовали два одноименных Болгарских Архиепископа и оба писатели в IX и XI столетиях, чтобы считать это заключение вполне верным. Но в том-то и дело, что существование двух одноименных Болгарских Архиепископов-писателей IX и XI века не имеет твердых оснований: открытие другого Болгарского Архиепископа Феофилакта, жившего будто бы в IX веке, Савельев приписывает Г. Мацеевскому; по справке же оказывается, что сей последний заимствовал это у Феслера ( из его Истории Угров. Вена, 1815 г.), труд которого, хотя и весьма почтенный в отношении избранного им предмета, не составляет еще, однако, необходимого авторитета в решении вопроса, относящегося к такой глубокой древности.

Г. Мацеевский, со слов Феслера, называет Феофилактом того Архиепископа, которого Патриарх Фотий отправил к Болгарскому Царю Борису, после Собора 870 года; следовательно, Архиепископ этот был отправлен в собственную (восточную) Болгарию, в Преславу; а все известные сочинения Болгарского Архиепископа Феофилакта носят надпись: « Феофилакта Архиепископа Первой Юстинианы,» кафедра которой, как известно, была в IX столетии, в Болгарской Моравии, а в X перенесена в Охриду.

И так, одно из двух: или Болгарского Архиепископа этого имени в IX столетии вовсе не существовало, или, если он существовал, то не ему принадлежат сочинения, о которых идет речь.

А между тем ученый и трудолюбивый изыскатель Славянских древностей, так рано угасший для науки, Филарет, Архиепископ Черниговский, в своем последнем труде: «Жития Св. Южных Славян» (Чернигов, 1865 г.), указывает, что Житие Тивериопольских мучеников было посвящено сочинителем его Болгарскому Царю Петру; упоминает также и о двух неизданных сочинениях того же писателя: «Житии Св. Петра, Царя Болгарского,» и «Разговор о природе,» посвященный ему же, и что, по изысканиям ученых, все эти труды принадлежат Болгарскому Архиепископу Феофилакту.4

Стало быть, выходит, что сочинитель «Жития Тивериопольских мучеников, Жития Болгарского Царя Петра, Разговора о природе» и, как покажем ниже, и других сочинений, заключающихся в Венецианском издании, жил в царствование Болгарского Царя Петра, сына Симеонова ( который царствовал с 927 по 967 год), а, следовательно, жил не в IX и не XI, а в Х веке, и, как описавший жизнь Царя Петра, сам скончался ни как не ранее 967 года; последнее согласно и с тем, что он говорит о себе в Житии Св. Климента.

При дальнейшем исследовании оказывается, что и главнейшее из его богословских сочинений: «Толкование на Четвероевангелие», тоже до этого приписываемое (без исследования) писателю ХI века, принадлежит тому же самому Болгарскому Архиепископу, Феофилакту, который написал: «Житие Тивериопольских мучеников, Житие Св. Климента и прочих седмочисленников», и сам жил в Х веке. В первопечатном Московском издании Славянского перевода: «Толкование на Четвероевангелие Феофилакта, Архиепископа Болгарского, 1649 года,» замечено, что он предпринял этот труд, «будучи убежден к тому Мариею, Царицею Болгарской.» Известно же, что Болгарский Царь Петр был точно женат на Марии, внук Византийского Императора, Романа Лакопина. И так, оказывается, что главнейшие сочинения богословского содержания, приписываемые до этого Феофилакту, Архиепископу Болгарскому, жившему, по свидетельству (требующему поверки) Дюканжа и Ассемана, в конце ХI века, принадлежат не ему (если только существование его будет доказано достоверными свидетельствами), а другому писателю того же самого имени, Архиепископу Первой Юстинианы, Феофилакту, современнику Царя Болгарского Петра, жившему в Х веке.

Где же была кафедра этого Архиепископа? Ответом на это служит надпись, составленного им же: «Жития Св. Климента Охридского» (изданного в Албании, в Мосхополе, в 1742 году), в котором сказано, что оно сочинено: «Святейшим Феофилактом, Архиепископом Первой Юстинианы и Майстором Константинопольских риторов.» Из этой надписи с достаточной вероятностью можно заключить, что блаженнейший Феофилакт, как преемник Архиепископа Агафона (титуловавшегося, по своему кафедральному городу, Моравским), был первым Архиепископом Охридским, после перемещения туда кафедры Архиепископа Первой Юстинианы, что случилось в том же Х столетии, но не ранее, как по кончине Св. Климента (919); ибо в Житии его ясно говорится, что одна из созданных им в Охриде церквей, была в последствии кафедральной Архиепископской; при том же на Соборе 870 года видим, при Архиепископе Агафоне, и Епископа Охридского, Гавриила, как ему подчиненного (это объясняет почему и Св. Климент, называемый Охридским, т.е., по месту его святой деятельности, пользовался, однако же титулом Велицкого). Отсюда возникает целый ряд весьма вероятных предположений, а именно: блаженный Феофилакт как «Майстор Константинопольских риторов,» мог быть вызван, для занятия Архиепископской кафедры в Охриде, или известным чтителем Еллинской учености, полу-Греком Симеоном, или сыном его, Петром, вошедшим в тесные сношения с Византиею, по случаю женитьбы на Греческой Царевне (Марии); известно, что при этом случае был утвержден за Преславскими Болгарскими Архиепископами, присвоенный им Симеоном, титул Патриархов; со своей стороны, Византийские Императоры могли потребовать от Петра той уступки, чтобы на Архиепископскую кафедру Первой Юстинианы был назначен ученый грек Феофилакт, для того, чтобы сохранить духовное влияние Константинопольской Патриархии на области, бывшие в подчиненном отношении к Византийской Империи (и входившие, по изначальному делению, в состав духовной области Архиепископов Первой Юстинианы). Феофилакт в таком случае должен был прибыть в Болгарию в сопровождении царицы Марии, покровительством которой, как мы видели, и пользовался до конца её жизни (она умерла ранее своего супруга, следовательно, до 967 г.).

Выше упомянутый титул: «Майстора Константинопольских риторов» очевидно доставила Феофилакту слава его богословских познаний и сочинений, во главе которых стоит: «Толкование на Четвероевангелие;», а мы видели уже, что это сочинение, как написанное по внушению супруги Болгарского Царя Петра, принадлежит его современнику; следовательно, и Житие Св. Климента, из названия которого видно, что написано тем же «Майстором Константинопольских риторов,» бесспорно принадлежит тому же самому лицу. Сверх того, и в самом Житии встречаются некоторые внутренние черты, по которым можно приблизительно определить время его написания.

Блаженнейший Феофилакт, как сочинитель Жития Болгарского Царя Петра, очевидно, пережил этого Государя, скончавшегося преждевременно от скорби, в 967 году, а следовательно, он был свидетелем падения Болгарского Царства, что и случилось при детях Петра. Феофилакт же, как видится, писал Житие Св. Климента Охридского уже после падения Болгарского Царства под ударами нашего воинственного Святослава (хотя плодами этой победы воспользовался не он, а хитрый Цимисхий: хороший урок для будущего!). В конце этого Жития он, между прочим, говорит, что Славянский жизнеописатель Св. Климента (на которого он не раз ссылается, называя его безыменно учеником Св. Климента), как бы предвидя будущее своих единоплеменников – Болгар (следовательно, очевидно, что речь идет о том горе, которое считалось уже совершившемся в то время, как Феофилакт писал Житие Св. Климента), в своей молитве к Св. Клименту, как покровителю Болгарского народа, восклицает так: «О пастырю добрый, соблюдай чада твоя от варварского нашествия и сохраняй нас во всякое время, и особенно ныне, когда приближается скорбь, когда нет у нас другого помощника, когда Скифский меч напоился Болгарской кровью, когда языческая рука разбросала трупы духовных чад твоих на съедение птицам небесным…» Из этого очевидно, что и Славянский жизнеописатель Св. Климента был свидетелем, не известных нам, Скифских нашествий5на его родину (предшествовавших погрому Святославом), бывших в столетний период от принятия Болгарами Христианской Веры до падения до падения первого Болгарского Царства (от 860 по 967).

Уцелело ли где-нибудь первоначальное Славянское Житие Св. Климента Охридского? Наш известный археолог, покойный И. П. Сахаров, указывал на то, что ему попадались в Славянских рукописях отрывки из этого Жития, а поэтому можно полагать, что сохранилось где-нибудь и целое. Пока же предлежит исследовать Греческое сокращенное Житие Св. Климента (открытое В. И. Григоровичем в рукописи ХIII века в Охриде), не есть ли оно только перевод с того древнего Славянского Жития Св. Климента, на которое ссылается сочинитель его пространного Жития, блаженнейший Архиепископ Феофилакт Охридский, писатель Х века? Об этом уже начали догадываться уже некоторые из наших ученых Славянистов.6

Сделаем краткий вывод из наших замечаний: 1. Сочинитель главнейших богословских и исторических сочинений, заключающихся в Венецианском издании творений блаженнейшего Феофилакта, Архиепископа Болгарского, жил в царствование Болгарского Царя Петра и его супруги, Царицы Марии (по внушению которой и написал, посвященное ей, Толкование на Четвероевангелия, а некоторые из своих сочинений посвятил самому Царю Петру), следовательно, не в IХ и не в XI, а в Х столетии.

2. По всей вероятности, и прочие мелкие сочинения Архиепископа Феофилакта, приписанные Венецианскими издателями писателю XI века, принадлежат тому же самому Феофилакту, писателю Х века, как сходные с главным по языку и слогу и, по замечанию самих же издателей, «похожим на сочинения Греков IХ столетия».

3. За тем нет никакой надобности приписывать их ни Архиепископу Феофилакту, жившему, по свидетельству Дюканжа и Ассемана, в XI веке (если только они не смешали его с Архиепископом того же имени, жившим и писавшим несомненно в Х веке), не Архиепископу Феофилакту IХ века, о существовании которого нет ни каких данных, кроме голословного показания Феслера (в его истории Угрии).

Архимандрит Леонид.

Константинополь.

26 апреля, 1867 года.

* * *

1

Venetiis, 1754, apud Josephum Dertellam,in officinal Hertziana 4 vol.

2

Заимствованный у них список Болгарских Архиепископов помещен в «Обозрении Кормчей книги» Барона Розенкампфа. При всём подобающем уважении к трудам сих ученых, нельзя не сказать, что, в отношении Болгарской церковной истории, он далеко не полон, и не на столько верен, чтобы можно было принимать их без всякой поверки. Когда будут обнародованы все материалы, тогда историческая критика еще решит много вопросов, которые считаются теперь неясными.

3

См. Славянский Сборник Н. В. Савельева-Ростиславича. Спб., 1845 г.

4

Святые Южных Славян. Отд. I. Чернигов, 1865 г., стр. 33, примеч. 63, ссылка на Fabricii Bibl. Graec. ed. Harles. VII, 598.

5

По всему вероятию, тут под Скифскими нашествиями подразумеваются нашествия Угров или Мадьяр, вторгавшихся несколько раз еще до Святослава нашего в Болгарию с 934 по 962 год. О. Б.

6

«Смею думать, писал В. И. Ламанский, в своем: «Исследовании о Славянах в малой Азии….», что краткое Житие Св. Климента написано природным Болгарином; сочинитель этого Жития жил, всего вероятнее в ХI, или Х, веке; видно, что все придания и воспоминания о Св. Клименте были в его время еще весьма свежи.» См. Ученые Записки II-го Отдел. Импер. Академии Наук, книга V, 1859 года, стр. 154.

Но об этом см. мое сочинение: « О времени происхождения Славянских письмен.» М. 1855 г. О. Б.