Смирнова И. Ю. Межконфессиональный «Треугольник», к истории церковной дипломатии России, Франции и Англии на Святой Земле (30-е годы xix в.).

Для истории противостояния великих держав на Святой Земле**, приведшего в середине XIX в. к общеевропейскому конфликту, чрезвычайно важен период от Ункиар-Искелесского договора до Лондонских конвенций, когда Сирия стала площадкой для развертывания нескольких конкурировавших сценариев продвижения Запада на Восток, один из которых, церковно-диплома-тический, наименее освещен в отечественной и зарубежной историографии. После перехода Сирии под власть Египта, согласно договору между Портой и египетским пашой Мухаммедом Али (4 мая 1833 г.), последний в поисках расположения европейских держав был вынужден радикально ослабить дискриминацию немусульманских меньшинств в стране, чем создал условия для формирования новых схем европейского проникновения в регион, основанных на конфессиональных интересах. С того времени церковная политика держав на Святой Земле начала осознаваться в качестве действенного рычага их восточной дипломатии, принявшей в начале 30-х гг. XIX в. характер постоянной конкуренции и соперничества.

26 июня/8 июля 1833 г. между Россией и Пор-той в Ункиар-Искелесси был заключен договор об оборонительном союзе, по отдельной, наиболее важной, статье которого Турция освобождалась от обязательства оказания военной помощи России, но взамен соглашалась закрывать Дарданеллы по требованию России для военных флотов неприбрежных держав - «не дозволять никаким иностранным военным кораблям входить в оный под каким-либо предлогом»1. С заключением Ункиар-Искелесского договора Россия приобретала значительные преимущества: она становилась недоступной для флотов западных держав и обеспечивала защиту южных территорий от незваного вторжения; другие пункты договора открывали благоприятные возможности для русской торговли в Турции2. Последствиями данного соглашения, вошедшего в историю как блистательный успех русской дипломатии3, стали обострение русско-английских и русско-французских отношений и сближение Великобритании с Францией. Однако если Луи Филипп, несмотря на свое раздражение тайной дипломатией России, был связан внутренними проблемами страны и, по словам

Подробнее...

Смирнова И. Ю. К истории становления российского церковного присутствия в Святой Земле. Миссия епископа Кирилла (Наумова).

После Крымской войны русско-иерусалимские отношений получили новое и чрезвычайно динамичное развитие. Условия Парижского мира предопределили новую стратегию восстановления влияния России на Православном Востоке и в первую очередь в Иерусалиме, который, по словам министра иностранных дел князя А. М. Горчакова, после Крымской войны стал «центральным пунктом не только всего Востока, но и Запада, на который устремлено внимание всей Европы»1.

Принципиальная позиция министерства иностранных дел была выражена следующими словами: «Пока влияние наше было сильно, мы еще могли таить его, чтобы не возбудить зависти; а теперь, когда оно ослабело на Востоке - чего не скрывает Министерство от Вашего Императорского Величества -мы, напротив того, должны стараться хотя наружно выказывать его, чтобы не упасть во мнении православного населения, которое еще нам верит по старой памяти»2. Именно на это население, по преимущество арабское, невежественное, нищее, но все еще преданное России и надеявшееся на то, что она будет их освободительницей как от власти турок, так и от самих православных греков, и рассчитывала опереться российская империя в своем послевоенном ближневосточном курсе. В основу стратегической задачи было положено «укрепление местной Палестинской

Подробнее...

Тарасов И. Тамбовская епархия в 1939-1943 гг.

В статье описывается сложный период существования священнослужителей и верующих Тамбовской епархии "в западне" безбожия и военного времени. Повествуется о вкладе отдельных священнослужителей и мирян в дело возрождения ликвидированной епархии. Внимание уделяется и архиереям: архиепископу Алексию (Сергееву) и митрополиту Григорию (Чукову). Автор старался подойти к изучению указанного исторического периода объективно, раскрывая все стороны существования епархии: легализованной и "катакомбной". Материал, представленный в работе, предлагается для научной аудитории впервые. Адрес статьи: \м№^.агато1а.пе1/та1епа18/3/2016/8/54.1'|1т1

Источник

Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики

Тамбов: Грамота, 2016. № 8(70) C. 203-209. ISSN 1997-292X.

Адрес журнала: www.gramota.net/editions/3.html

Содержание данного номера журнала: www.gramota.net/materials/3/2016/8/

© Издательство "Грамота"

Подробнее...

Тарасов И. Жизненный путь профессора Санкт-Петербургской духовной академии Ивана Алексеевича Карабинова (1878-1937).

Статья посвящена описанию жизненного пути выдающегося литургиста начала XX в., профессора Санкт-Петербургской духовной академии по кафедре литур-гики, магистра богословия Ивана Алексеевича Карабинова. Рассматриваются его детские годы, время обучения в духовных учебных заведениях и археологических институтах, научная и преподавательская деятельность, а также судьба после революции. Изложены биографические сведения о студентах, которые обучались в духовной академии и написали свои кандидатские сочинения под руководством И.А. Карабинова.

Ключевые слова: И.А. Карабинов, магистр богословия, СПбДА, ИИМК РАН, Поместный Собор, Тобольск, Н.В. Покровский, РАИК.

Расцвет Санкт-Петербургской духовной академии приходится на период конца XIX и начало XX вв. В это время на пользу церковной науки здесь подвизались такие профессора, как Н.Н. Глубоковский, Н.В. Покровский, Т.В. Барсов, В.В. Болотов и многие другие, имена которых хорошо известны научному миру. Но имена молодых профессоров, которые трудились в академии в последние годы перед революцией и оставили после себя существенный след в церковной науке, часто остаются в тени.

Одним из таких забытых имен является имя экстраординарного профессора, последнего, возглавлявшего кафедру литургики в СПбДА до ее закрытия в 1918 г., Ивана Алексеевича Карабино-ва

И.А. Карабинов. 1914 год.

Подробнее...

Томсинский С.В. Раскопки в Угличском кремле и на посаде в 2003 г.

В 1989-2002 гг. Древнерусская экспедиция Государственного Эрмитажа вела работы в северной и восточной частях мысовой площадки угличского кремля, образованной Волгой, Каменным ручьем и двумя руслами засыпанных в XVIII—XIX вв. оврагов. «Урожайность» этих сезонов на индивидуальные находки (в среднем 300 на 100 кв. м) определяется местоположением раскопов и шурфов, заложенных в ареале «зоны обитания» поселений VII—X вв., примыкавшей с юга к береговым террасам Волги; в XI-XVI вв. эта территория оказалась под застройкой княжеского двора.

В 2003 г. объектом изучения стал периферийный участок мысовой площадки, подвергавшийся неудачной шурфовке в 1993 г. (шурф общей площадью 16 кв. м, антропогенные отложения потревожены перекопом до уровня материка). Раскоп 19 2003 г. общей площадью 92 кв. м был заложен к востоку от абсид Богоявленского собора, на месте снесенного хозяйственного двора Угличского историко-художественного музея. Результаты раскопок оказались очень интересными для характеристики начального периода развития древнерусского города Углече Поле, хотя по количеству и составу находок коллекция с участка раскопа 19 значительно уступает коллекциям с участков раскопов предшествующих сезонов.

Подробнее...

Томсинский С.В. Раскопки в Угличском кремле в 2002 г.

В июле — августе 2002 г. Угличская археологическая экспедиция Эрмитажа в составе археологического и историко-архитектурного отряда (начальник — Е.А. Турова) продолжила исследования в Угличском районе Ярославской области. На территории кремля Углича завершены раскопки мысовой площадки при впадении в Волгу Каменного ручья у церкви Царевича Димитрия «на крови» (раскоп 18). В Никольском монастыре продолжены поиски остатков собора XVI в., разрушенного в 1610 г. во время польской интервенции. Раскоп 18 был заложен в северной части мысовой площадки при впадении в Волгу Каменного ручья, вплотную к участку раскопа 17 2001 г. Смещение раскопа 18 относительно раскопа 17 определяется непосредственной близостью церкви Царевича Димитрия, на которой в течение 2001—2002 гг. велись интенсивные реставрационные работы по укреплению кладки и фундаментов.

 

- 10 -

 


 

Общая мощность антропогенных отложений на участке раскопа 18 — до 1,5 м. Стратиграфия отложений в целом соотносится со стратиграфией участков 14 и 17 1998 и 2001 г., непосредственно примыкающих к территории, исследованной в 2002 г. Все почвенные структуры, зафиксированные на раскопе 18, принадлежат тем же слоям, формировавшимся в различные хронологические периоды развития Углича, которые отложились в кремле и на посаде и надежно датированы материалами раскопок предшествующих сезонов. Залегающий непосредственно под дерном слой 1, датируемый XVIII—XX вв., на участке раскопа 18, как и на участках других раскопов, заложенных к югу от церкви Царевича Димитрия, насыщен строительным мусором недавнего прошлого. В период формирования этой почвенной структуры на исследованном участке появились столбовые и мусорные ямы, в том числе и глубокая яма № 2, в заполнении которой были обнаружены предметы, выброшенные в 1930-е гг. из фондов Угличского музея, очевидно, как не представляющие ценности, среди которых были фрагменты иконных окладов XVIII—XX вв. 

Подробнее...

Томсинский С.В. Материалы раскопок на территории угличского кремля как источник для уточнения хронологии фортификации раннесредневекового Углича.

В настоящее время на территории исторического центра города Углича – кремля, расположенного на плато правого берега Волги при впадении ручьев Шелковки и Каменного, отсутствуют остатки дерево-земляных укреплений XVII в., зафиксированных писцовой книгой по Угличу 1673-4 гг. Никаких достоверных сведений о системе укреплений Углича до первого десятилетия XVII в. в письменных источниках не сохранилось, хотя никто из исследователей никогда не сомневался в их существовании. Следует учесть, что представления всех историков и краеведов, проявлявших интерес к этой проблеме, о фортификации Углича в эпоху раннего средневековья до середины 1990-х гг., помимо упомянутой выше писцовой книги 1673-4 гг., могли основываться только на топографии кремля и прилегающих участков посада XVIII – XIX вв. и на общих соображениях о развитии оборонительного зодчества Древней Руси, следовательно, эти представления ex officio оставались сугубо умозрительными до проведения планомерных археологических исследований. (1) Тем не менее, недостаток исходных данных, как это часто бывает, стимулировал попытки уточнить хронологию угличских укреплений, от которых на уровне современной дневной поверхности не осталось решительно никаких следов. Первым высказал предположение о существовании древнейшего поселения на мысовой площадке кремля и о сооружении вала и рва между Каменным ручьем и Шелковкой не ранее XV в. высказал В.И. Ерохин. И.В. Дубов признал, что небольшая мысовая площадка (первоначальные размеры которой, кстати, не устанавливаются из-за сильных разрушений берега оползнями) вполне могла быть местом поселения дьяковской культуры. (2) Между тем, вопрос об укреплениях Углича в начальный период развития города в ретроспекциях политической истории древнерусских государственных образований в Волго-Окском междуречье у некоторых исследователей актуализировался убежденностью в том, что поселение становится городом именно после строительства дерево-земляных укреплений Оставалось только надеяться на то, что ответ на этот вопрос будет найден в процессе археологического изучения антропогенных отложений угличского кремля.

Подробнее...

Турова Е.А. Работы архитектурного отряда Угличской экспедиции Государственного Эрмитажа в 2001 г.

Церковь Царевича Дмитрия в Кремле. Работы АО УАЭГЭ сезона 2001 г. на территории Кремля были вызваны необходимостью исследования здания церкви Царевича Дмитрия "на крови" в целях реставрации зда-

 

- 51 -


 

ния и создания проекта вертикальной планировки территории вокруг храма. Храм, первоначально освященный во имя Михаила Архангела, возведен, судя по сохранившимся письменным источникам, в несколько этапов в 1638—1683—1692 гг., затем неоднократно подвергался ремонтам и перестройкам и до сих пор археологически исследован не был. Целью исследования было также изучение остатков сооружений, предшествовавших существующему зданию на этом участке и, в первую очередь, возможные остатки сооружений, связанных с комплексом дворца удельных князей последней четверти XV в., а также изучение раннесредневековых культурных напластований мысовой площадки Кремля.

По периметру храма было заложено пять шурфов общей площадью 41 кв. м.

Подробнее...

Турова Е.А. Работы архитектурного отряда Древнерусской экспедиции в 2004 году.

В июле-августе 2004 г. архитектурный отряд Древнерусской археологической экспедиции Государственного Эрмитажа продолжил исследования памятников архитектуры средневекового Углича.

Были продолжены раскопки на Успенской площади — главной площади городского посада. В задачу работ этого сезона входили поиски и изучение остатков церкви Николая Мирликийского — предположительно постройки второй половины XVII в., сохранившейся в местной традиции под наименованием «Николы Подстенного»1) и располагавшейся снаружи городской стены у южных ворот, названных по имени этого храма Никольскими, как и ведущий от них мост через крепостной ров. По описям города 1620, 1663 и 1774—1776 гг. (Угличский Летописец 1996. С. 98; Город Углич 1912) церковь значилась как «деревянная приходская ружная с погостом». Согласно сохранившемуся в Угличском филиале Государственного архива Ярославской области документу конца XVIII в. ветхий каменный Никольский храм у Никольского моста было предписано разобрать на кирпич для вновь строящейся в 1799 г. Успенской церкви. Данный документ являлся единственным свидетельством того, что храм был отстроен в кирпиче. На плане города 1801 г. храм, тем не менее, значится как «церковь старая определенная к разобранию». Точная дата окончательной разборки храма неизвестна, но на плане 1832 г. он уже отсутствует.

Подробнее...

Турова Е.А. Архитектурный отряд Угличской экспедиции в 2000 г.

В июле — августе 2000 г. архитектурный отряд Угличской экспедиции ГЭ проводил работы в Николо-Улейминском монастыре (с. Улейма Угличского р-на Ярославской обл.). Впервые раскопки на территории монастыря, основанного, согласно местной традиции, в первой половине XV в., были начаты нами в 1992 г. Целью исследования были поиски остатков архитектурных сооружений XVI столетия, собора и трапезной церкви, погибших, по имеющим полулегендарный характер данным угличского летописца, в пожаре "литовского разорения" 1609—1611 гг. До наших дней сохранились возведенные после долгого запустения на месте разрушенных новые храмы, того же посвящения. В 1677 г. был вновь отстроен Никольский собор, а в 1695 г. — Введенская церковь с трапезной. В ходе ремонтов XVIII—XIX вв. Никольский собор получил дополнительные объемы с севера, юга и запада, к нему также была пристроена колокольня. Введенская церковь утратила характерный для рубежа XVII—XVIII вв. декор фасадов. На состоянии всех сооружений монастыря сказалось приспособление их под детский дом для детей с нарушениями психики. В 1991 г. монастырь передан старообрядческой церкви.

В 1992 г. были исследованы тремя шурфами Введенская церковь и трапезная. Установлено, что, вопреки мнению некоторых исследователей, здание не включает никаких фрагментов кладок более раннего периода и полностью отстроено в конце XVII в. Мощность культурных напластований вокруг храма 1,2-1,4 м. Однозначных свидетельств предшествующего каменного строительства, равно как и ярко выраженных пожарных прослоек, позволяющих отождествить их с грандиозным пожаром Смутного времени, обнаружить не удалось. Было зафиксировано несколько прослоек небольшой мощности, включающих мелкий строительный мусор, отложившийся до возведения церкви, но точно датировать их или определить их принадлежность какому-либо сооружению вследствие отсутствия датирующего материала возможности не представилось.

Подробнее...