Леонид (Кавелин), архимандрит. Старый Иерусалим и его окрестности. Из записок инока-паломника.

Содержание

Общий взгляд на историю храма Воскресения Греческая Патриархия в Иерусалиме Православные монастыри внутри Святого Града Пустыня Святого Града Краткая история пустыни Святого Града Обители, бывшие в пустыне Святого Града в эпоху ее процветания в IV, V и VI веках, с показанием их местонахождения по древним источникам Поездка к развалинам Фаранской лавры преподобного Харитония Лавра Преподобного Саввы Освященного Обитель Преподобного Феодосия Киновиарха

 

Общий взгляд на историю храма Воскресения

Храм Гроба Господня построен на месте, где был распят и погребен Христос Бог наш. Излишним было бы доказывать, что место это, столь драгоценное для первых христиан, было охраняемо и стрегомо ими весьма внимательно. Тотчас по смерти Искупителя святой Иаков меньший был избран епископом Иерусалимской Церкви. Когда наступило время, предсказанное Спасителем (Мф 24, 16), время бегства, христиане, бывшие в Иерусалиме под начальством своего епископа Симеона, укрылись за Иордан и возвратились, по отшествии Тита, в иерусалимские развалины, чтобы продолжать стеречь Гроб Господень. Ряд епископов Иерусалимских продолжался непрерывно до императора Адриана. По его повелению христиане были выгнаны из Иерусалима. Но Бог хотел, чтобы в то время, когда христиане должны были удалиться от Святого Гроба, предание о Святых местах сохранилось чрез самое языческое поругание их. Ибо на местах, где были воздвигнуты христианские церкви, – на Святом Гробе и Голгофе, император Адриан, в бессильном своем гневе против Божиих определений, поставил идолы богов и в капище Венеры приносили богомерзкие жертвы. На месте, где прежде был храм Соломонов, он поставил храм Юпитеру Капитолийскому, как бы объявляя войну обеим откровенным религиям. Но он лишь утвердил этим способом предание, как ясно говорит о сем Гиббон в Истории падения Римского государства: «Христиане в течение почти двух веков должны были уступить честь стражи при Гробе Господнем идолам». Бесчисленные доказательства в пользу преданий о святых местах собраны в творениях первых христиан, заслуживающие полной веры, равно как у многих писателей языческих, которые о том воспоминают.

Подробнее...

Александр (Милеант). Девство, брак или свободная любовь.

Девство, Брак

или “свободная любовь”…

— Какой выбрать путь?

 

В основу этой работы положена книга

прот. В. Зеньковского “На Пороге Зрелости.”

 

Епископ Александр (Милеант)

 

 

 

Содержание:  

Введение.

Проблема пола.  Загадочная сторона половых влечений.

Здоровое направление полового влечения.

Иерархичность наших сил.  Энергия пола.  Значение воздержания.  Основные этапы в развитии пола.  Развитие сексуального сознания.  Потребность любви.  Закон двойного выражения.  Облагораживающая сила любви.  Значение семьи.

Семья или девство?

Три стороны брачной жизни.  Брак, как осуществление единства.  Смысл добровольного девства.

Опасность половой страсти.

Греховность природы, как причина уклонения от нормы.  Источники соблазнов.  Культ страсти блуда.  Грехи плоти и их последствия.  Советы в борьбе с блудной страстью.  Значение покаяния и исповеди. Крест воздержания.

Заключение.

Подробнее...

Муравьёв А. Н. Письма о богослужении восточной Кафолической Церкви

Содержание

Предисловие

Книга первая. О литургии и всенощной Письмо I Письмо II Письмо III Письмо IV V. Еще о литургии Письмо VI Письмо VII VIII. Воскресная всенощная Письмо IX Приложение. Наставление о божественной литургии новообращенным из язычества Книга вторая. О Великом посте и Пасхе Письмо I II. О Посте Письмо III Письмо IV V. Неделя православия Письмо VI Письмо VII Письмо VIII Письмо IX Книга третья. О семи таинствах Письмо I Письмо II Письмо III Письмо IV Письмо V Письмо VI Письмо VII Книга четвертая. О праздниках и погребении Письмо I Письмо II Письмо III Письмо IV Письмо V Письмо VI Письмо VII Список всех сочинений А. Н. Муравьева I II III 

Подробнее...

«Повесть о Тверском Отроче монастыре» и местные легенды

Тема, заявленная в названии этой главы, может быть рассмотрена с двух точек зрения. С одной стороны, всю жанрово-тематическую группу повестей об основании монастырей можно отнести к роду местных легенд (учитывая при этом письменный характер такого рода повестей); в этом случае есть основание рассмотреть некоторые мотивы «Повести…» с точки зрения использования их в легендах, имеющих местный характер. С другой стороны, необходимо поставить вопрос о возможности существования устной легенды и ее отношении к «Повести…».

Подробнее...

Скульптурный образ прп. Нила Столобенского как явление Русской национальной культуры

Иконографический образ преподобного чудотворца Нила Столобенского более известен в виде деревянной резной скульптуры или деревянного барельефа, нежели, как того требует православная традиция, в виде живописного  изображения. И уже это одно дает нам право говорить об уникальном явлении в истории русского искусства. Дело в том, что православная церковь очень сдержанно относилась к скульптурным изображения своих святых. И это понятно. Вспомним об изобилии скульптуры в католических храмах и о языческих славянских идолах.
 

Подробнее...

Попов А. В. Православные русские акафисты.

Рекомендовано к публикации Издательским Советом Русской Православной Церкви

В серии «Литургическая библиотека» вниманию читателей предлагается переиздание фундаментального труда профессора теории словесности и истории иностранной литературы Казанской духовной академии А. В. Попова, посвященного истории происхождения и цензуры, особенностям содержания и построения русских акафистов. Научная значимость этого труда очевидна и по сей день. Книга будет несомненно интересна исследователям, занимающимся изучением развития православного богослужения, учащимся духовных школ, а также всем православным христианам.

От редакции

Очередной том серии «Литургическая библиотека» является переизданием фундаментального исследования – докторской диссертации профессора кафедры теории словесности и истории иностранной литературы Казанской духовной академии А. В. Попова (1856–1909) «Православные русские акафисты».

При подготовке книги к печати редакция поставила цель максимально сохранить текст издания 1903 года. Все исправления или дополнения в основном тексте, а также добавленные редактором примечания даются в квадратных скобках. Добавленные редактором пояснения в основном тексте даются в круглых скобках с пометой «Ред.». Обширные сноски, в которых следуют важные примечания автора, перенесены в справочный аппарат и отредактированы. Авторские библиографические описания отредактированы с учетом современных правил оформления.

Подробнее...

Аверинцев С. С. От берегов Босфора до берегов Евфрата.

Введение

 

 

Подзаголовок этой статьи, может статься, не для каждого читателя одинаково ясен. Чтобы сделать недоразумения не­возможными, поспешим (испросив прощение у тех, кто в та­кой подсказке не нуждается) сейчас же напомнить, что в ин­тересующую нас эпоху сирийская литература[1] — это литера­тура отнюдь не на арабском, а на особом сирийском языке[2], который представлял собой определенную стадию развития одного из диалектов арамейского языка (когда-то канцеляр­ского языка древнеперсидской империи, позднее, между про­чим, разговорного языка в Палестине евангельских времен) и оставался языком христианской литературы под верховен­ством ислама вплоть до XIV в.; что «копты» (от араб, «аль- кубт», «аль-кобт» или «аль-кыбт») — это принявшие христи­анство египтяне, прямые потомки народа фараонов, также удержавшие в литературном обиходе язык своих предков, лишь упростив его и наводнив словами греческого происхож­дения1; наконец, что «ромеи» (попросту «римляне» в средне­вековом греческом выговоре) — это те, кого мы по условной западноевропейской традиции до сих пор называем византий­цами, то есть говорившие и писавшие по-гречески подданные «Нового Рима» — Константинополя.

По меньшей мере до VII в. (когда сирийские, палестинские и египетские территории выпали из византийского круга земель, отойдя к Халифату) обычным было положение, когда один и тот же человек в некотором отношении являл собою «ромея», а в другом отношении — «сирийца» или «копта». Для истории ли­тературы значим простейший критерий — языковой: тот, кто пишет или читает по-гречески, принадлежит зоне византийской литературы, а кто по-сирийски или по-коптски, отходит к зоне «ориентальной». Но противостояние, конечно, не ограничива­ется языковой плоскостью. «Ромейское» — это центростреми­тельные силы жизни и культуры: приверженность имперско­му принципу — в политике, эллинистическим традициям — в культуре, ортодоксии вселенских соборов христианской Церк­ви (а в ранний период — древнему язычеству или отвлеченной философской вере) — в религии; верность греческому языку ло­гически из этого вытекает. Напротив, «сирийское» или «копт­ское» — это силы центробежные: народный язык — против ко­смополитического языка образованности; местные интересы — против гнета империи; самобытное творчество, «варварская» выразительность и реванш восточного вкуса — против эллини­стической нормы; стихия гностического синкретизма, энкратитства (крайнего, «еретического» аскетизма — см. ниже), подчас веяния магизма, позднее теологические доктрины несторианства и монофиситства — против богословской ортодоксии.

Подробнее...

Карташев А. В. Непримиримость.

Экуадорское зeмлетpяceниe разбудило пpeдcказания теологов о возможном пpиближeнии земной катастрофы с провалом в трещину коры морей и кoнтинeнтoв и части человечества. Кое кто из благоденствующих oбывaтeлeй Новаго Света изволил уже обезпокоиться... Бeзпoкoйcтво безплодное. Власти над хтоническими силами ни у кого нет. Творись воля Бoжья! Но вот, когда не сытые обыватели, а ответственные вожди человечества пребывают в безчувственном созерцании, как на их глазах открыто и програмно свыше тридцати лет готовится тоже мировая историческая катастрофа, – это уже не курьез близорукости и нечувствия, а величайшее, тоже мирoвoe и роковое бедствие. Всякому русскому понятно, о чем мы говорим.

В этой слепоте занимающих командный высоты вождей народов и элита общественнаго мнения вскрывается в длинном показательном опыте опасная ограниченность человеческой природы: – немощь, скудость ея умственных, нравственных и духовных сил. В свое время Кант в двух великих «Критиках» – «Чистаго» и «Практического Разума» неотменяемо показал ограниченность, предельность аппарата человеческаго познания. Не мешало бы на основе многотысячелетняго опыта начертать и «Критику Политическая Разума». И тоже объективно, научно-безстрастно показать, насколько он по самой природе человекa ограничен. А так как в том же человеке, в этой загадке из загадок мира, заложено и абсолютное, божественное начало, то и сей «червь и бог» неудержимо срывается в абсолютизацию своих субъективных истин. И тут мы в заколдованном круге. Каждый признает свою «истину» или мечту за лучшую, за единственную. И к животной борьбе за существование присоединяется и затем с ней сливается безпощадная борьба за свою «единоспасающую» идею, Так вечно возрождается чудовище идеологической войны. Почему чудовище? Разве не обязательна, не священна борьба за идею? Да, и обязательна, и праведна, и благословенна, если ведется свято, ибо высокая цель требует и чистых средств.Главнейшееоправданиеидеологической борьбы в ея свободе от средств насильственных, В идеале – это только свободное состязание идей, а не физическое уничтожение самих носителей противной идеи. Это не отрицание страстности, ревности, энтузиазма. Но ревность – не звериный оскал и пламень энтузиазма – не бешенство фанатизма. Но до идеала всегда далеко. Mиp во зле лежит. Человечество непоправимо грешно. Непротивленчество превращается в попустительство зла, т.е. в преступление. Так являются оправданными: и справедливое принуждение и праведная сила, а все же не нacилиe. Исцеляет не тoлькo тepaпия, но и xиpypгия. Есть нож бaндитa, но есть и ланцет хирурга и меч государства. Хирурги, полиция и армия – не насильники.

Подробнее...

Александр (Милеант). Русская духовная поэзия.

Содержание

 

К Богу - путем красоты

Бог, Его величие и любовь

Библейские и Евангельские темы

Добродетели и смысл жизни

Молитва, храм и богослужение

 

 

 

К Богу - путем красоты

 

Поэзия чарующе манит нас как своей приятной, музыкальной, ласкающей ухо формой, так и своим ярким, картинно-выраженным и вдохновляющим содержанием. Ее звуки, полные чудной музыки, отрешая от обыденной суеты, влекут нас в мир идеальной, небесной красоты. Благодаря поэзии мы можем глубже почувствовать полноту жизни с ее радостями и скорбями, которые необходимы для нашего внутреннего роста. Действуя возвышающим, облагораживающим образом на наше сердце, она роднит нас с миром нетленной красоты, в котором царствуют вечная правда и чистая любовь.

Самая высшая красота — это религиозное чувство. И когда поэзия воплощает это чувство, ее впечатление неотразимо. Поэт делается пророком, который показывает как бы озаренную солнцем вершину созерцания, изрекает глубины знаний и чувств. Поэтому прав В. А. Жуковский, когда называет поэзию земной сестрой небесной религии, светлым маяком, зажженным Самим Создателем, чтобы во тьме житейских бурь нам не сбиться с пути.

Подробнее...

Описание рукописной службы святителю Амвросию епископу Медиоланскому.

Описание рукописной службы святителю Амвросию епископу Медиоланскому

Литургический и нравственно-богословский комментарий

Иеромонах Никон (Скарга),
насельник Оптиной Пустыни 

Служба использовалась в келейном обиходе преподобного старца Амвросия Оптинского. По ней совершали всенощное бдение в день памяти святителя Амвросия – день Ангела старца Амвросия.

Служба Свт. Амвросию Медиоланскому

Первые сведения о службе встречаются в Летописи скита Оптиной Пустыни. 31 августа (по ст.ст.) 1870 г. Белевской сборщицей матерью Рахилью (Розовой) был привезен старцу Амвросию крест с частицами мощей. Одна из частиц была свт. Амвросия, еп. Медиоланского, духовного покровителя старца Амвросия. «В тот же день, – читаем в Летописи, – у батюшки совершено бдение келейное четырем угодникам. Стихиры и каноны святителю Амвросию пелись и читались по новой рукописной службе, составленной отцом Алексеем Ильенковым[1]. Утром 1 сентября отслужен тем же четырем угодникам молебен, на котором прочитан акафист святителю Амвросию, еп. Медиоланскому, составленный отцом Алексеем Ильенковым»[2]. В этой рукописной службе в день памяти свт. Амвросия Медиоланского, пока старец Амвросий был жив, келейно совершалась служба. В 1858 г. в монастыре был устроен придел в честь свт. Амвросия Медиоланского. Остается неизвестным, употреблялась ли эта служба в церковном обиходе. Рукопись хранится в Государственной библиотеке им. Ленина, фонд 214. Большого распространения эта служба не получила. Известен еще один список акафиста свт. Амвросию, хранящийся в библиотеке Московской Духовной Академии, шифр Ц-7А61 инв. №11816. Этот список акафиста был издан православным приходом в Милане в 2008 году. Текст воспроизведен по оригиналу с незначительными изменениями. Добавлена третья молитва. Эта же молитва напечатана там и на итальянском языке.

Подробнее...