Катанский А. Л. Учение о благодати Божией в творениях древних св. отцов и учителей Церкви до блаженного Августина.

Содержание

Введение. Общее учение о Боге Осветителе. Учение о благодати божьей в творениях свят. отцов и учителей церкви до бл. Августина. Учение Св. Писания о благодати Божьей. I. В творениях мужей апостольских II. В творениях древних христианских апологетов III. Св. Иринея Лионского ІV. Тертуллиана V. Св. Киприана Карфагенского VI. Климента Александрийского. VІІ. Оригена. VІІІ. Св. Кирилла Иерусалимского ІX. Св. Василия Великого X. Св. Григория Богослова XІ. Св. Григория Нисского XII. Пр. Макария Египетского. ХІІІ. Св. Иоанна Златоуста. Заключение. Свод данных для учения о благодати Божьей в рассмотренных древне-отеческих творениях. 

 

Сочинению, которое предлагается вниманию читателей, сначала предполагалось придать характер теоретическо-систематического изложения учения о благодати Божьей, сообразно, с чем, и предпослано введение, излагающее «Общее учение о Боге Освятителе». Предполагалось изложить в систематическом порядке весь круг истин входящих в догматическое учение о благодати Божьей. Но предварительно необходимо было выяснить понятие о благодати, указать различные смыслы, которые соединялись с этим понятием в различные времена и для этого представить краткий очерк раскрытия этого понятия в древнеотеческий период, а затем в средние века у западных схоластиков и в последующие времена. По мере, однако, углубления в изучение творений древних отцов оказалось такое обилие материала и возбужден был добытыми данными такой интерес к предмету, что мы принуждены были совершенно изменить первоначальное свое намерение и придать своему труду характер историко-догматического исследования, ограничив его притом периодом первых четырех веков до бл. Августина. Добытые исследованием и изложенные в заключении («Свод данных для учения о благодати Божьей в древнеотеческих творениях ») результаты труда примирили нас с неосуществлением первоначальных наших планов и намерений. Осмеливаемся даже думать, что если мы можем принести какую-либо пользу своим посильным трудом, то гораздо вернее достигли этой цели, идя таким путем, каким шли в действительности, а не таким, каким первоначально намерены были идти. Кстати, позволяем себе рекомендовать читателям начать чтение нашей книги именно с заключения, – «Свода» и выработанной древнеотеческой «формулы» учения о благодати Божьей. Внимание читателя будет тогда надлежащим образом возбуждено и привлечено к многочисленным частностям исследования; впечатление эпизодичности изложения (по отдельным отцам) будет значительно ослаблено: отдельные отцы явятся, тогда как бы стадиями постепенного раскрытия предмета; чтение книги явится проверкою окончательных выводов автора – в заключении.

Подробнее...

Катанский А. Л. Догматическое учение о семи церковных таинствах в творениях древнейших отцов и писателей Церкви до Оригена включительно.

Содержание

Введение

Степень раскрытия и формулирования догматического учения о таинствах в св. Писании Обстоятельства, которыми условливалось раскрытие учения о таинствах отцами и писателями церкви первых трех веков І. Aпостольские мужи II. Св. Иустин мученик ІІІ. Св. Ириней лионский IV. Климент александрийский V. Ориген VI.Тертуллиан VII. Св. Киприан Заключение Приложение 

 

 

Введение

Существующие на западе римско-католический и протестантский взгляды на исторические данные для догматического учения о семи церковных таинствах, при всем существенном различии между собою, представляют однакож несколько точек взаимного соприкосновения.

Подробнее...

Каллист (Уэр). Путь аскетов: Отрицание или утверждение?

     “Аскетизм предназначен для освобождения человеческой личности”, — пишет русский православный философ Николай Бердяев (1873–1948). Он определяет аскезу как “концентрацию внутренних сил и управление собой”, — и утверждает, что “наше человеческое достоинство связано с этим”[2]. То есть аскетизм ведет к самообладанию и сообщает нам способность к достижению поставленной цели, какова бы она ни была. Определенная мера аскетического самоотречения — необходимый элемент во всем, что мы предпринимаем в спорте и в политике, в науке и в молитве. Нужна аскетическая концентрация усилия, чтобы не подпадать внешним воздействиям или нашим собственным эмоциям и настроениям. Без этого мы скорее реагируем, чем действуем. Только аскет внутренне свободен.

Подробнее...

Каллист (Уэр). Предисловие к «Лествице» прп. Иоанна Лествичника.

Содержание

I. Об авторе Синай и Фавор Три монашеских пути II. Лествица: задача и структура Читатель Иоанна Необходимость личного опыта Стиль и структура: тридцать ступеней III. Духовное учение святого Иоанна Лествичника Подражание Христу, духовность и вероучение, благодать и свободная воля «Радостная печаль»: «Лествица» как «диалектика богословия» «Мой помощник и мой враг»: двойственность тела – чувственная любовь, страсти. Бесстрастие (apatheia) Монах и мир: братство, послушание, духовник Молитва и безмолвие: призывание имени Божественный свет и Божественная любовь IV. Источники и влияние Личный опыт и традиция Классификация пороков Влияние «Лествицы»

 

I. Об авторе

Синай и Фавор

После Библии и богослужебных книг нет книги, которую в Восточном христианстве переводят, изучают и издают чаще, чем «Лествица, возводящая на небеса» прп. Иоанна Лествичника. Каждый Великий пост в православных монастырях ее читают вслух за богослужением или в трапезной с тем, чтобы монашествующие в течение своей жизни слушали ее пятьдесят или шестьдесят раз. Вне стен монастырей «Лествица» – излюбленное чтение огромного числа мирян в России, Греции, Болгарии, Сербии и во всем православном мире. «Лествица» на Востоке столь же популярна, как «О подражании Христу» на Западе, хотя по своему характеру эти книги совершенно различны.

Подробнее...

Каллист (Уэр). Паламитские споры.

03 декабря 2012 г.

Содержание

I. Божественная непостижимость II. Единство с Богом III. Паламизм и экуменизм IV. Философия и история V. Истоки паламизма 

 

Когда 18 лет назад появилась работа отца Иоанна Мейендорфа “Introduction … l"etude de Gregoire Palamas”1 (Париж, 1959), на Западе наступила новая эра изучения паламизма. До того времени большинство западных ученых, как католиков, так и протестантов, считали паламитское богословие аберрацией, не представляющей особого научного интереса. Такое отношение к паламизму разделяли даже почитатели христианского Востока из среды англикан. Дж. М. Нил высказывался о паламизме как об “абсурдном и ошибочном учении”2, а Этельстан Рили категорически отзывался об исихастах XIV века: “трудно найти более яркий пример искажения созерцательной жизни”3. Подобные негативные суждения были поддержаны в статьях Мартина Жюжи о Паламе и паламитских спорах, опубликованных в начале 1930 х годов в Dictionnaire de theologie catholique4. Паламитское различение сущности и энергий было представлено Жюжи как нововведение, не имеющее достаточного основания в ранней святоотеческой традиции. Более того, как нововведение с элементарными ошибками в философии и догматике, вступающее в противоречие с учением о Божественной простоте. На самом деле Жюжи не более чем суммировал взгляды своих предшественников и не добавил практически ничего нового.

Подробнее...

Каллист (Уэр). Мы должны молиться за всех людей

“Любите все создание Божие”, — говорит старец Зосима в “Братьях Карамазовых” <...> Тварный мир образует неделимое целое, и, как следствие этого, спасение каждого конкретного человека неразрывно связано со спасением всего человечества и, более того, всей вселенной в целом. Нужно понимать в наиболее широком смысле утверждение апостола Павла, что мы члены друг другу (Еф 4:25). Мы, человеческие существа, не только зависим друг от друга, но и связаны кровными узами с животными, деревьями, растениями, камнями, землей, воздухом и водой. Мы живем в них, и они живут в нас.

Подробнее...

Каллист (Уэр). Иисусова молитва в учении св. Григория Синаита.

Работа митрополита Диоклийского Каллиста посвящена Иисусовой молитве в учении святого Григория Синаита (1255–1346). Перед нами встаёт образ выдающегося святого, который наряду с Григорием Паламой положил начало возрождению исихазма. Рассматривая различные формулы Иисусовой молитвы, а также внутренние и внешние технические приёмы сердечного моления в восточно-христианской традиции, митрополит Каллист затрагивает также вопрос о возможном сходстве или влиянии на них других религий.

Содержание

Два Григория Жизнь и путешествия Богословский контекст Иисусовой молитвы: осознание благодати крещения Словесная форма Иисусовой молитвы Внешние приёмы: управление дыханием Внутренние приёмы: молитва непрерывная и необразная Признаки действия Иисусовой молитвы: радостная печаль, теплота и свет

Подробнее...

Дмитриевский А. А. Опыт издания греческих церковных писателей древнейшего времени в русской патрологической литературе.

Блаженный Диадох (V-го века), епископ Фотики древнего Эпира и его творения. Том первый. Творения бл. Диадоха. Греческий текст, редактированный по древним греческим рукописям, с предисловием, русским переводом, разночтениями, примечаниями и приложениями. К. Попов. Киев 1903 г. I-

Содержание

I. Testimonia externa II. Λόγος III. Надписания к ста главам аскетического слова IV. Variationes V. Схолии проф. Попова к творениям блаж. Диадоха, их прототипы и источники. VI. Перевод на русский язык творений блаж. Диадоха. VII. Схолии анонима к аскетическому слову бл. Диадоха. VIII. Произведения, приписываемые в рукописях блаженному Приложение № I. Приложение № II. Приложение № III. Приложение № IV.

 

Книга, подробное заглавие которой мы выписали, представляет, сколько нам известно, первую в русской патрологической литературе попытку систематического и цельного издания в свет произведений восточного церковного писателя. Потребность в этого рода изданиях со стороны православных и в частности наших отечественных патрологов чувствовалась и сознавалась в науке давно, а посему первое начинание в этом роде заслуживает полного внимания и со стороны представителей богословской науки в нашем отечестве, и научной критики. Настоящая книга тем больше обращает на себя внимание, что внешние данные ее – изящная бумага, четкий крупный шрифт греческий и русский, отсутствие опечаток (их насчитано всего на всего издателем 13), чем часто грешат наши отечественные книги; все атрибуты лучших западных изданий – предисловие, свидетельства о блаженном Диадохе, его творениях вообще и особенно о слове аскетическом, указатель сокращений, тексты творений с переводом на русский язык, с вариантами к нему, по различным спискам, самыми незначительными с обширными схолиями иногда в несколько страниц под текстом, указатель мест Св. Писания, указатель предметов, изъясненных в примечаниях к аскетическому слову бл. Диадоха и фотоцинкографические и литографические образцы письма греческих рукописей, по которым редактировались тексты творений названного писателя – все это, вместе взятое, рекомендует настоящую книгу с самой выгодной стороны и ставит ее в число не заурядных явлений в отечественной литературе не только богословской, но даже светской (Издания Академии Наук в счет не идут). 

Подробнее...

Горский А. Максим Грек, святогорец.

Содержание

Жизнь Максима до прибытия его в Россию Вызов Максима в Россию и первые труды его в Москве

 

Жизнь Максима до прибытия его в Россию

Максим Грек, инок Афонского Ватопедского монастыря, родился, вероятно, около 1480 г.1 Отечеством его была страна воинственных Арнаутов, Албания, а местом рождения главный город этой области, – Арта. Но родом был не албанец, а грек. Родители его были Мануил и Ирина. Есть известие, что отец его был воеводою2.

С ранних лет Промысел Божий судил Максиму встретить тяжкие испытания, и этим как бы приготовлял его к тем горьким страданиям, которым он должен был подвергнуться в позднейшие годы своей жизни. Разумеем горестную участь греков, порабощенных оружием Магометовым. Отечество Максима, Албания, долее других областей греческих, отстаивало свою свободу, при помощи Венеции, единственной державы европейской, которая, защищая свои владения на востоке, усиливалась остановить распространение владычества турецкого. Но не спасло Албанию ни мужество Георгия Скандерберга, ни помощь Венецианской республики. – Итак естественно было, что первые ощущения Максима в своем отечестве были горестные ощущения уничижения и рабства своих соотечественников.

Подробнее...

Горский А. Жизнь святого Василия Великого, архиепископа Кесарийского.

Предки св. Василия Великого по отце и по матери принадлежали к почтенным фамилиям в двух смежных областях империи Римской: Понте и Каппадокии. Многие из них были известны своими заслугами гражданскими и воинскими, славились своим красноречием. Но всего выше была слава венца мученического, которою украсились некоторые из них во время последних жестоких гонений на Церковь Христову2. Дед Василия по матери был лишен имения и жизни за имя Христово3. Дед его по отцу и бабка Макрина семь лет должны были укрываться от гонителей в лесах и горах и также лишились всего своего имения, которое по повелению императора, было отписано в казну4.

Мать Св. Василия Великого, Еммелия, происходившая из Каппадокии, в юных летах осталась сиротою и желала всю жизнь посвятить Богу в девстве; но, по бесприютности своего положения, избрала жизнь супружескую, не забывая впрочем блаженного удела девственницы – пещись без развлечения о Господних, како угодити Господеви (1Кор. 7:34). Преданность Господу и внимательность к Его святым внушениям, готовность на всякие пожертвования в пользу Св. Церкви, нуждающихся братий, воспитание детей в духе христианского благочестия, ясно свидетельствовали, что душа ее постоянно горела для Господа.

Отец Василия Великого, Василий, родом из Понта, славился своим красноречием в судебных местах и в училищах Понтийской области; а дома он помогал благочестивой супруге в христианском воспитании детей5. Бог благословил их супружество. У них было десять человек детей; одно из них, вероятно, скончалось в младенчестве. В числе прочих были четыре сына: Василий, Навкратий, Григорий и Петр, и пять дочерей, из коих Макрина, после смерти нареченного ей жениха, посвятила себя навсегда жизни безбрачной, и, будучи старшей между братьями и сестрами, руководствовала их в благочестии6.

Подробнее...