Амвросий Медиоланский. К Августу Грациану три книги о Святом Духе. Книга 3.

1. В предыдущей книге через яркие свидетельства Писания мы показали, что апостолов и пророков – одних на проповедь, а других на пророческое служение – так же вел Святой Дух, как Отец и Сын. Теперь добавим то, чему каждый вправе изумиться, но в чем не может сомневаться, слова Сына Божьего: Дух Господень на Мне, ибо Он помазал Меня, благовествовать нищим послал Меня... проповедывать пленным освобождение и слепым прозрение (Ис. 61:1; Лк. 4:18)1. К этим прочитанным из книги Исаии словам Он добавляет в Евангелии: Ныне исполнилось писание сие, слышанное вами (Лк. 4:21), показывая, что это сказано о Нем.

2. Мы можем удивиться, действительно ли пророки и апостолы были посланы Святым Духом, коль скоро Христос сказал: Дух Господень на Мне (Ис. 61:1; Лк. 4:18)? И хорошо сказано «на Мне», ибо Он сказал это как Сын Человеческий. Он был и помазан, и послан проповедовать Евангелие именно как Сын Человеческий.

3. И уж если еретики не верят словам Сына, пусть услышат голос Самого Отца, говорящего Иоанну, что Дух Господень на Христе: На Кого увидишь Духа сходящего с неба и пребывающего на Нем, Tom есть крестящий Духом Святым (Ин. 1:33). Так сказал Иоанну Бог Отец; и Иоанн услышал, увидел2 и уверовал: услышал от Бога, увидел в Господе и уверовал, что это был Дух, сошедший с неба. Ведь сошел отнюдь не голубь, но как голубь, и об этом написано: Я видел Духа, сходящего с неба, как голубя (Ин. 1:32).

Подробнее...

Анастасий Синаит. Об определениях.

Содержание

От переводчика I. II. О воле, особенном свойстве, энергии и о единстве и единосущном III. Что называется особенным свойством? IV. Об энергии V. О единстве VI. О единосущном VII. О душе и уме VIII. О тленном IX. Почему Он называется “Первородным” X. Что есть слово и сколько у него значений XI. Что [значит слово] христианин XII. О душе 

 

От переводчика

Проблема авторства. Трактат “Об определениях”1 долгое время приписывался святителю Афанасию Великому, хотя и помещался в патрологии Миня в разряд spuria (подложных сочинений)2. В кратком предисловии к нему издатели отмечали, что его подложность видна как из отсылки к святителю Григорию Нисскому, так и из стиля и особенностей употребления слов и выражений. В Clavis Patrum Graecorum (“Ключ греческих Отцов”)3 этот трактат также приписывается святителю Афанасию Великому. Тем не менее там сообщается, что существует иная рецензия определений у преподобного Анастасия Синаита (ок. 675–753 гг.) в “Путеводителе” (см. PG 89, 52–88). После даже поверхностного сравнения “Путеводителя” с содержанием трактата “Об определениях” выясняется, что последний – это перифраз, местами дословный, второй главы “Путеводителя”, данный с некоторыми сокращениями. На это указывают практически одинаковое содержание (лишь некоторые пункты отсутствуют или меняются местами), наличие вышеупомянутой отсылки к святителю Григорию Нисскому в “Путеводителе”, одни и те же этимологические выкладки и многое другое. По всей вероятности, вторая глава “Путеводителя” послужила образцом для создания трактата “Об определениях”4. Тем не менее эти факты не исключают того, что автор трактата “Об определениях” не просто дословно пересказал главу из “Путеводителя”, а самостоятельно переработал ее и дополнил. Последняя часть трактата “Об определениях” о душе вовсе отсутствует во второй главе “Путеводителя”. Таким образом, можно с известной долей вероятности исключить из числа возможных авторов трактата «Путеводитель» святителя Афанасия Великого, равно как и остальных авторов, живших до VII века. Подлинным автором трактата “Об определениях”, скорее всего, является преподобный Анастасий Синаит5 или кто-то из его ближайшего окружения.

Подробнее...

Проспер Аквитанский. Письмо Августину (среди писем Августина 225-е).

Господину блаженнейшему отцу, невыразимо дивному, несравненно чтимому, изрядному покровителю [нашему] Августину, Проспер.

1. Хотя я и не знаком тебе лично, но уже до некоторой степени, если ты помнишь, известен мыслями и словом, ведь я отправил тебе письма и получил [ответ] через святого брата моего диакона Леонтия: так что и ныне также дерзну я написать Твоему Блаженству, не только для того, чтобы поприветствовать, как было тогда, но и по побуждению веры, которой живет Церковь. Ибо поскольку неусыпное усердие твое постоянно печется о всех членах тела Христова и сражается силой истины против козней еретических учений, я подумал, что не нужно мне бояться оказаться отягощающим тебя или слишком назойливым, [вопрошая] о том, что имеет отношение к спасению многих, а значит, и к [заботам] твоего благочестия. Я посчитал, что скорее буду виновен, если не сообщу исключительному попечителю о вере того, что представляется мне крайне пагубным.

Подробнее...

Адриан (Пашин). Преподобный Анастасий Синаит, неразрывная связь аскетики с богословием.

Тонкий богослов и яркий полемист, преподобный Анастасий Синаит, живший в эпоху догматических споров, неоднократно участвовал в диспутах с еретиками, что отражено в его главном догматическом произведении «Путеводитель». Он оставил нам также и аскетические творения. Помимо этого, он одним из первых сделал попытку систематизации православной христологии. О богатом наследии и учении этого подвижника и борца за православную веру идет речь в докладе секретаря Учёного совета МДА игумена Адриана (Пашина).

В последнее время одно за другим стали выходить критические издания трудов преп. Анастасия Синаита (VII в.). По происхождению киприот, он был насельником монастыря святой великомученицы Екатерины на Синае и находился там под духовным руководством настоятеля этой обители преп. Иоанна Лествичника. Затем, вероятно, он был настоятелем монастыря. Во всяком случае, из творений самого святого отца известно, что он был рукоположен в священнический чин. Бурные события VII в. – борьба Церкви против несторианства, различных течений монофизитства и против монофелитства, начавшееся арабское нашествие на окраины Византийской империи – заставили преп. Анастасия покидать монастырь. Для участия в диспутах с представителями различных монофизитских течений, с монофелитами и с иудеями он выезжает в Египет, Палестину, Аравию и, возможно, в Сирию.

Подробнее...

Арсений (Иващенко). Макарий, Магнезийский епископ в конце 4 и начале 5 века, и его сочинения.

К памятникам христианской апологетики, долго остававшимся в безвестности, затем известным только отрывочно и только в сравнительно недавнее1 время выведенным на свет в том виде, в каком сохранились, принадлежат сочинения Макария, епископа магнезийского. Ни у современных ему, напр., Епифания и бл. Иеронима, ни у последующих писателей, напр. Феодорита и Дамаскина, вообще до самого конца восьмого века не упоминается ни о Макарии, как писателе, ни о сочинениях его. Только со времени седьмого вселенского собора и Никифора патриарха сделались они известными большому кругу читателей, а привлекли на себя внимание по тому случаю, что иконоборцы ссылались на них в подтверждение своих неправых мыслей об иконах, или изображениях святых. Из «ответных речей»2 Макария они извлекли подходящие, как им казалось, свидетельства против почитания изображений святых и представили их Никифору, – когда, неизвестно; то есть, во время ли соборных совещаний 787 года, где Никифор, еще мирянин, заступал место императора, или немного после и даже в бытность его уже патриархом константинопольским (с 806 года). Впрочем, они представили только выборку отрывочных мыслей и выражений под именем «Святого Макария из четвертой книги Ответов», а не самое сочинение вполне.

Подробнее...

Лебедев А. П. Исторические очерки Византийско-восточной церкви от конца XI-го до половины XV-го века.

Содержание

От автора

Взгляд на взаимные отношения церкви Греческой и Латинской Религиозно-нравственный характер Византийской империи от конца XI до середины XV вв Отношение государственной власти к церкви Иерархи, преимущественно Константинопольские, и их церковно-общественная деятельность Духовное просвещение и богословская наука Падение Константинополя (в 1453 г.) Приложение. Общество Любителей Духовного Просвещения в Византии давнего времени. 

 

 

От автора

Предлагаемая вниманию читателя, книга представляет собой, по изложеню, удобопонятные для любителя церковно-исторической науки и для каждого образованного человека «Очерки», утверждающиеся на строго-научных основаниях, и составляет продолжение, впрочем имеющее вид самостоятельного сочинения, под заглавием: Очерки истории Византийско-восточной церкви в IX, X, XI веках». Цель теперь издаваемой книги таже, какая имелась в виду и при напечатании сейчас упомянутого сочинения – ознакомление с одним из тех отделов церковно-исторической науки, которые очень мало известны по своему содержанию. Книга обнимает период Византийско-восточной церкви от начала крестовых походов, которыми условливался ряд новых явлений в истории этой церкви, до падения Византии от турецкого меча в 1453 году. Обработка Византийской церковной истории, по нашему мнению, есть прямая задача русских богословов – тем более, что богословы западные, как и естественно, посвящают мало внимания этой области церковной истории. Приняв на себя задачу изложить указанный период в форме систематического целого, мы не имели под руками никакого руководящего сочинения. Западная и русская литература, относящаяся к нашему делу, пересмотрена нами, полагаем, тщательно; Византийская же историческая, богословская и иного рода литература, при ея очень почтенных размерах, пересмотрена настолько, насколько это нужно было для составления «очерков», не изъявляющих притязания на обширную ученность. 

Подробнее...

Иларий Марсельский. Письмо Августину. (среди писем Августина 226-е).

Блаженнейшему господину, всей душою чтимому и весьма дорогому во Христе, отцу нашему Августину, Иларий.

1. Когда прекращаются вопросы возражающих, часто приятными бывают разыскания более усердных, [предпринимаемые], чтобы научиться тому, о чем можно без всяких опасений не знать, и потому, думается мне, еще приятнее будет [тебе] рвение этого нашего сообщения, которое, показывая в соответствии с предположениями некоторых нечто противное истине, заботится о том, чтобы принести посредством совета Твоего Святейшества пользу не столько себе, сколько тем, кто смущаются и смущают, о блаженнейший господин, всей душой чтимый и весьма дорогой во Христе отец!

2. И таковы [вопросы], которые обсуждаются в Массилии, да и в других местностях Галлии. Некоторые говорят, что ново и бесполезно для проповеди [учение о том], что [спасаемые] люди должны быть избраны по намерению Божию, так что сами они не могут ни приобрести этого, ни удержать, если не будет им дана воля уверовать. Они полагают, что будет уничтожена вся сила проповеди, если станут говорить, что нет в людях ничего такого, что она могла бы побуждать [к добру]. 

Подробнее...

Лебедев А. П. Протестантская смута в греческой церкви 17-го века.

Часть I

Умножение путешествий греческих духовных лиц заграницу, преимущественно в протестантские страны, в конце 16-го и нач. 17 веков, цель этих путешествий, – сведения о, такого рода, путешествиях из конца 16 века; – путешествие Кирилла Лукариса с научной целью в кон. 16-го и нач. 17 в.: – такого же рода тринадцатилетнее путешествие Митрофана Критопула в нач. 17-го в. – подробности об этом последнем путешествии; – значение этих путешествий в религиозном отношении. – Как отозвалось заграничное путешествие на образе мыслей Кирилла Лукариса? – Два взгляда на религиозный образ мыслей Кирилла Лукариса, отзывы об этом разных ученых и писателей; – современное нам состояние вопроса о переписке Кирилла с лицами протестантского мира и о «Исповедании веры», приписываемом Кириллу и носящем характер протестантский.

Сношения Греческой церкви с протестантами, достигшие значительного развития при константинопольском патриархе Иеремии 2-м, в 16-м веке, не только не ослабевают в дальнейшем, 17 веке, но еще расширяются, усложняются и вызывают знаменательные движения в Греческой церкви.

Подробнее...

Порфирий (Попов), архимандрит. Жизнь святого Василия Великого, архиепископа Кесарии Каппадокийской.

Глава I

Уважение к св. Василию в древней Церкви. — Знаменитость его предков и их благочестие. — Домашнее воспитание Василия у бабки Макрины. — Внушения матери его. — Предметы обучения в кесарийском училище — Уроки в Константинополе и Афинах. — Прием Василию в афинском училище и первые его впечатления. — Образ жизни его здесь и дружба с Григорием Назианзином. — Прощание с училищем — Взгляд сестры его Макрины на первые его занятия по возвращении из Афин — Путешествие Василия по монастырям[1]

 

Святитель Василий Великий принадлежит к числу тех пастырей Церкви, которые пользовались уважением и любовью не только при жизни своей от своих современников, но и по кончине своей от всех, для кого дорога была святая вера и кто умел ценить истинное благочестие. В день памяти Василия обыкновенно поется такой припев на 9-й песни канона: «Величай, душе моя, во иерарсех Василия Великаго, вселенныя пресветлаго светильника и украсившаго Святую Церковь». Эти слова — почти буквальное повторение отзыва о Василии Вселенских Соборов. Так, отцы Халкидонского Собора утвердили за ним название Великого. Отцы Второго Константинопольского собора, высказав мысль, что у кого естество одно, у того и воля и действие едино, прибавили: «Так нас научил светило вселенной, дивный Василий». Собор Трулльский в 32-м правиле также ясно говорит, что слава Василия прошла по всей вселенной; а похвальные отзывы о нем, встречающиеся в писаниях древних отцов и учителей, неисчислимы. Только нечестивый Евномий, арианский епископ, имел бесстыдство в своих апологиях называть Василия и хитрым, и коварным, и трусливым, и софистом и смеялся над тем, что он постоянно питался чечевицей и от продолжительных постов имел на лице постоянную бледность. Вопреки дерзким ругательствам этого еретика, все знаменитейшие пастыри Церкви никогда не считали себя способными восхвалить Василия по достоинству[2], и можно сказать словами свт. Григория Богослова, что нет ни одной человеческой похвалы, которая бы не приличествовала Василию, и что он столько усовершился во всем, что стал как бы образцовым произведением природы. Василия любила вся паства, уважало светское правительство, даже такой император, который был покровителем ариан; его знакомством дорожили ученые язычники, его превозносили похвалами современные ему епископы, известные своей верой и святостью жизни. Правая вера и добрые нравы пасомых, благоговение и умилительность богослужения, слава духовенства, утешение несчастных, благотворительность нуждающимся всякого рода, благосостояние всех православных Церквей и взаимное единение самих епископов, разделенных неосновательными подозрениями, — все это было предметом самой деятельной заботы Василия.

Подробнее...

Диодор (Ларионов), монах. О некоторых проблемах интерпретации наследия святителя Григория Паламы.

Диодор (Ларионов), монах. О некоторых проблемах интерпретации наследия святителя Григория Паламы. [Рец. на: М.Ю. Реутин, Майстер Экхарт — Григорий Палама. К сопоставлению немецкой мистики и византийского исихазма]

Продолжая дискуссию вокруг проблем интерпретации наследия святителя Григория Паламы, редакция предлагает Вашему вниманию рецензию постоянного автора портала Богослов.Ru монаха Диодора (Ларионова).

Публикация столь серьезной и самостоятельно проведенной работы, основанной на изучении источников в оригинале, пока еще редкость на сайте Богослов.ру. Симптоматично, что автор работы - светский ученый, специалист по средневековой философии. Не в последнюю очередь этим обстоятельством обусловлен методологический подход автора к рассматриваемой проблеме: сравнительный анализ учений двух выдающихся богословов XIV века - св. Григория Паламы на христианском Востоке и Майстера Экхарта на христианском Западе, - выявляющий наличие общих черт в их богословских интуициях, ориентируется прежде всего на исследование философского фона XIV века и опирается, в частности, на концепцию неоплатонических истоков средневековой мистики. Данный анализ показывает, как говорит автор, «генеалогические родство двух, восточного и западного, неоплатоновских течений». Не говоря уже о том, что для российской науки данное направление является новым и автор здесь, собственно говоря, в некотором роде первопроходец (почему в некотором роде - см. ниже), сама постановка такой задачи в широком научном контексте представляется весьма актуальной, поскольку способствует, как прекрасно говорит сам автор, «обновлению знания», «ревизии устоявшихся представлений, их переводу из разряда общих мест-аксиом в разряд проблем...». Это особенно актуально и для тех, кто изучает историю богословия, так что появление такой статьи на богословском сайте можно только приветствовать. В конце своей статьи автор, М.Ю. Реутин, настаивает на том, что его работа «включает в себя в качестве обязательного компонента стороннюю критику и уточнения». В своей заметке я хотел бы представить некоторые уточнения, которые будут относиться в первую очередь к византийскому исихазму и св. Григорию Паламе; Майстер Экхарт будет использоваться мной только в той мере, в какой он цитируется в рецензируемой статье. Также хотелось бы отметить, что данные заметки не являются всесторонней рецензией, поскольку таковая требует более глубокого и серьезного анализа. И конечно предлагаемые уточнения не претендуют на окончательность: автор вправе принять их, либо совершенно проигнорировать.

Подробнее...