Постмодернистская религиозно-философская библиотека

Сорина Л. Тверские архивы в годы Великой Отечественной войны.

Документы о судьбе архивов Тверской области в годы войны долгое время были закрыты, поэтому новому поколению архивистов, начавших работать в 1970 - 1980-е гг., их предшественники не могли передать информацию, которой владели. Ныне история архивов воссоздана на подлинных документах 60-летней давности, рассекреченных в последнее десятилетие XX в.

В условиях Великой Отечественной войны все архивные учреждения страны действовали в соответствии с особым приказом НКВД СССР № 0401 от 30 августа 1941 г. «Об охране государственных архивов в военное время»1. Основными задачами архивистов являлись обеспечение сохранности документов Государственного архивного фонда СССР и их всестороннее использование в интересах защиты Отечества от фашистских захватчиков. В находившихся на военном положении местностях, к которым относилась и Калининская область, следовало немедленно провести работу по отбору и сохранности наиболее ценных документов от воздушных налетов, диверсий и эвакуировать их.

Первоочередной эвакуации подлежали документы, характеризующие обороноспособность советского государства, «все материалы, имеющие оперативно-чекистское значение, а также списки и картотека на шпионов, провокаторов, диверсантов, чинов полиции, жандармерии и другие контрреволюционные элементы»; все наиболее ценные в научно-историческом отношении фонды, части фондов или отдельные документы; делопроизводство архивных отделов и госархивов и все материалы по личному составу краевых, областных и районных госархивов; весь учетно-справочный аппарат архивных отделов и госархивов (описи документов, списки фондов, картотеки, указатели и т. п.)2.

Первая партия секретных документов Калининского облархива (223 ящика) была эвакуирована в г. Чкалов (ныне Оренбург) 11 июля 1941 г. вместе с материалами 1-го спецотдела Управления НКВД по Калининской области3.

С первых дней войны режим работы архивов был подчинен военным условиям. В связи с угрожающим положением с 23 июня в архивном отделе было введено ночное дежурство сотрудников с 18 часов 30 минут и до 9 часов следующего дня4.

В штате по расписанию на 1941 г., утвержденному 23 апреля, в облархиве состояло 38 человек, в его филиале в г. Ржеве - 14, в архивном отделе - 12 человек5. Однако 23 июня из архивного отдела были призваны в РККА инспектор П.П. Яковлев и в распоряжение райвоенкомата Заволжского района старший инспектор Н.В. Журавлев6. С 21 июля на строительство оборонительных сооружений выбыло 17 работников архивного отдела и облархива, в том числе Т.П. Квашнина и Е.А. Салтыкова, впоследствии ставшие ветеранами архивного дела7. Из штата Ржевского архива все работники, за исключением директора и сторожа, тоже были отправлены на спецработы8.

В архивном отделе, облархиве и его филиале в Ржеве работали в основном женщины. Большинство молодых сотрудниц (1918 - 1923 г.р.) являлись членами ВЛКСМ. Одна их них, М.И. Феоктистова (1918 г.р.), член ВКП(б), приказом архивного отдела от 23 июля была назначена инспектором по кадрам и спецчасти отдела9.

В июле - сентябре 1941 г. в Калининском госархиве и его филиале в Ржеве интенсивно отбирались для эвакуации наиболее ценные документы и одновременно выделялись к уничтожению архивные материалы, утратившие оперативное и не имеющие научно-исторического значения. Для этого при облархиве 25 июля была создана комиссия из наиболее квалифицированных специалистов: директора В.Н. Кустова, выпускника МГИАИ, назначенного на должность 10 июля, старшего научного сотрудника Н.Ф. Дюковой (работала в архиве с 1922 г.) и научного сотрудника В.А. Зайцева10. Рабочей силы не хватало. 20 августа УНКВД по Калининской области обратилось к председателю Калининского облисполкома А.П. Староторжскому с просьбой о возвращении работников облархива и его Ржевского филиала, мобилизованных на земляные работы, для подготовки к эвакуации архивных материалов11.

История Ржевского архива полна драматических страниц. Враг уже бомбил город, а вагоны для погрузки документов не выделяли. Директор М.И. Пономарева в отчаянии телеграфировала в Москву и Калинин: «Сотрудников не освобождают. Примите меры»12. Наконец для эвакуации Ржевского архива выделили шесть вагонов. Их загружали восемь дней и отправляли не эшелоном, а поочередно. Сохранилась телеграмма М.И. Пономаревой, датированная 1 сентября 1941 г.: «Шесть вагонов Чкалов отправлены. Сдает Смирнов. Прошу вызова Калинин для дальнейших указаний»13.

Сколько архивных материалов было 30 августа отправлено в шести вагонах, никто точно не знал. Позднее эта цифра была установлена - 175 тыс. ед. хр. Всего в Ржевском архиве на 1 января 1941 г. числилось 355 тыс. ед. хр. Значит, еще 180 тыс. оставалось в Успенском соборе, где размещался архив (на этом месте ныне стоит гранитный обелиск в честь защитников Ржева). После освобождения города из-под обломков сильно разрушенного, но не горевшего собора удалось спасти 40 - 50 тыс. ед. хр. Вывезенная в Чкалов часть Ржевского архива находилась в эвакуации до 1945 г.14

Из Калининского облгосархива в период с 25 августа по 13 октября 1941 г. было эвакуировано в Уфу 15 вагонов документов, в том числе 215 ящиков из 18 райгосархивов. Из облархива вывезли 95 тыс. ед. хр. из дореволюционных фондов и 67 тыс. ед. хр. из фондов советского периода15. В Уфе эвакуированные материалы разместили в постройках стадиона «Динамо»16.

Сохранились списки фондов облархива, документы которых удалось эвакуировать до занятия Калинина немецко-фашистскими захватчиками17. Среди них фонды канцелярии тверского губернатора, Тверского губернского правления, магистратов, городских дум, уездных полицейских управлений, окружных и уездных судов, Тверского дворянского депутатского собрания, Тверского губстаткомитета, Тверской ученой архивной комиссии, Тверского губисполкома, окрисполкома и их отделов, уездных и волостных исполкомов, губпрофсовета, ряда предприятий, личные фонды и др. Документы были упакованы в ящики и в таком виде хранились до реэвакуации. Не вывезенная часть облархива (свыше 1 млн ед. хр.) оставалась в Калинине18.

В сентябре 1941 г. начальником архивного отдела УНКВД по Калининской области был назначен лейтенант госбезопасности Н.Е. Андреев (1896 г. р.), работавший в этой должности до 1949 г.19

На время оккупации Калинина (с 14 октября до 16 декабря 1941 г.) архивный отдел, реорганизованный в отдел государственных архивов УНКВД по Калининской области, работал в Уфе и находился в подчинении НКВД Башкирской АССР. ГАУ НКВД СССР в период войны находилось в г. Энгельсе Саратовской области. Решением Государственной штатной комиссии при СНК СССР № 2095 от 21 ноября 1941 г. отделу на период его работы в эвакуации был утвержден штат в количестве 12 человек, вводимый с 1 октября 1941 г. Штат архивного отдела с расстановкой личного состава был объявлен приказом НКВД Башкирской АССР № 041 от 26 ноября 1941 г.20

В Уфу были эвакуированы 9 сотрудников отдела и Калининского облархива: Н.Е. Андреев, М.И. Феоктистова, А.С. Алексеева - начальник отдела дореволюционных фондов,

В.Н. Кустов, Н.Ф. Дюкова, В.А. Зайцев, З.П. Яковлева - научный сотрудник, М.И. Боброва - бухгалтер отдела, А.П. Никифорова - старший архивно-технический сотрудник21.

После освобождения Калинина работа архивного отдела была возобновлена. Телеграммой УНКВД по Калининской области от 29 декабря 1941 г. Н.Е. Андреев был вызван в Калинин и приказом НКВД Башкирской АССР № 20 от 8 января 1942 г. откомандирован в распоряжение УНКВД по Калининской области. Временно исполняющим должность начальника отдела госархивов УНКВД по Калининской области в Уфе с 9 января был назначен В.Н. Кустов22. 1 марта из Уфы в Калинин были откомандированы В.Н. Кустов, Н.Ф. Дюкова и М.И. Боброва, которая в дороге скончалась23.

Временно исполняющей должность начальника архивного отдела с 1 марта стала М.И. Феоктистова, остававшаяся вместе с двумя сотрудницами областного архива в Уфе до полной реэвакуации архивных материалов в 1945 г. 24

НКВД СССР специальным письмом от 6 февраля 1942 г. предписал начальнику УНКВД по Калининской области майору госбезопасности Токареву немедленно возобновить работу госархивов, обследовать состояние архивов в освобожденных от фашистов районах, собрать все сведения о действиях фашистских захватчиков в отношении не эвакуированных документов госархивов, архивов учреждений, организаций и предприятий области и районов, принять меры к собиранию, учету и обеспечению сохранности всех уцелевших документов указанных организаций, а также документов, захваченных у врага. Докладную записку с актами обследования требовалось представить к 10 марта25.

По сообщению УНКВД по Калининской области, здания архива и имущество с 1 января 1942 г. охраняли два сотрудника архивного отдела. Фактически отдел развернул работу с 23 января, по прибытии в Калинин Н. Е. Андреева26.

Для выяснения состояния облгосархива и его зданий после изгнания оккупантов по приказанию Управления НКВД по Калининской области № 061 от 13 февраля 1942 г. была образована комиссия из трех человек (Н.Е. Андреев, П.И. Смирнов - научный сотрудник и Н.С. Ильин - заведующий хозяйством), которой поручалось до 1 марта провести проверку и составить акты на каждое здание архива27. Комиссия с 15 по 24 февраля обследовала все четыре здания облархива, бывшие православные храмы: по Первомайской набережной, д. № 1 (церковь Отрочь монастыря), № 38 (Воскресенская церковь (Трех Исповедников), № 108 (не существует, снесен в 1960-е гг.) и по ул. Володарского, № 1 (Скорбященская церковь), и составила акты . Менее всего пострадало здание по ул. Володарского, 1, где находилось хранилище фондов Октябрьской революции29. Все помещения и оборудование (полки, стеллажи) уцелели. Явных фактов хищения документов оккупантами комиссия не установила30. Подготовленные к эвакуации 196 ящиков с документами советских учреждений, а также 260 ящиков, 25 кулей и 600 связок документов дореволюционного периода сохранились и лежали на полках и стеллажах в том виде, в каком были оставлены. Повреждены документы нескольких дореволюционных учреждений. Вскрыты пять ящиков с материалами Тверской духовной консистории. В отдельных помещениях выломаны полы и похищены деревянные стеллажи. Во всех зданиях взломаны входные двери, выбиты стекла в окнах и дверных рамах, разрушены или повреждены печи, часть документов сброшена со стеллажей и превращена в россыпь, сожжена или украдена. Расхищена большая часть хозяйственного и канцелярского инвентаря: столы, шкафы, стулья, телефонные аппараты, часы и пр. Квартира при архиве (Первомайская набережная, 108) старшего научного сотрудника Н.В. Журавлева разгромлена и разграблена31. Пострадало от прямых попаданий орудийных снарядов и пулеметной стрельбы здание по Первомайской набережной, 1: разрушены пол третьего этажа, 396 пог. м полок и стеллажей. Помещение отдела госархивов (Первомайская набережная, 38) сохранилось, но также пострадало от орудийных снарядов, имущество расхищено32.

В документах отдела госархивов УНКВД по Калининской области имеются сведения о том, что руководители Каменского, Лихославльского, Осташковского, Кировского, Вышневолоцкого, Конаковского районных отделений УНКВД эвакуировали документы райархивов в глубокий тыл. Но во многих других районах с этой задачей не справились33.

Большинство учреждений, организаций и предприятий области и районов не успели вывезти свои архивы, и они погибли. В документах комиссии, обследовавшей в феврале - марте 1942 г. 35 ведомственных архивов Калинина, отмечено, что предвоенные архивы облфинотдела, облплана, облпотребсоюза, облсуда и другие сгорели от вражеских бомбардировок вместе со зданиями. Архивы многих учреждений были выброшены оккупантами на улицу и испорчены34. «Документальными материалами архива областной конторы госбанка фашисты заделывали бойницы пулеметных гнезд, а документами архива Калининского торфотреста гестаповцы прикрыли трупы замученных ими 18 советских патриотов»35.

В феврале - марте 1942 г. укомплектованы штаты архивного отдела (пять сотрудников) и облгосархива (20 человек)36. В этот период подготовлено для дополнительной эвакуации пять вагонов архивных материалов: 48 тыс. ед. хр. облархива и 20 тыс. ед. хр. семи райархивов. Архивные материалы второй очереди были отправлены в Уфу 26 апреля. Вывозились фонды Тверской духовной семинарии, Тверской женской школы П.П. Максимовича, гимназий и другие, а также основная часть исторической библиотеки облархива (среди ее материалов - Полное собрание законов Российской империи, газеты «Правда», «Пролетарская правда», «Тверская правда», коллекция рукописных и старопечатных книг)37. Всего же из архивов Калининской области было эвакуировано 26 вагонов документов, что составило свыше 580 тыс. ед. хр.38

В соответствии с циркуляром НКВД СССР № 530 от 12 ноября 1943 г. проводилась работа по установлению ущерба, нанесенного немецко-фашистскими войсками документам ГАФ СССР . Для выполнения этой задачи приказом начальника УНКВД по Калининской области № 001434 от 21 декабря 1943 г. при архивном отделе была создана центральная областная комиссия из пяти человек под председательством Н.Е. Андреева. В нее от научных учреждений был включен профессор Калининского пединститута А.Н. Вершинский. Этим же приказом создавались районные комиссии из трех человек под руководством начальников горрайотделений УНКВД, с участием представителей райисполкомов и заведующих райгосархивами40. Размеры ущерба определялись отдельно по каждому государственному и ведомственному архиву и фиксировались в специальных актах по установленной форме. Акты подписывались всеми членами комиссии, заверялись представителями местных исполкомов Советов депутатов трудящихся и скреплялись их печатями. К актам прилагались описи утраченных документов, уничтоженного, разграбленного и поврежденного имущества с указанием его стоимости, а также свидетельские показания и другие документы. Ущерб, причиненный архивным материалам в результате бомбардировок, артобстрелов и прочих действий немецко-фашистских войск до захвата ими советской территории, устанавливался отдельно. Акты регистрировались в особой книге учета, где отмечались основные показатели потерь. Все акты и обобщенные сведения по области направлялись в Москву, в ГАУ НКВД СССР41.

Работу по установлению ущерба в Калининской области предполагалось завершить к февралю 1944 г., однако она затянулась до мая 1945 г. из-за недостатков в учете документов в ведомственных архивах и отсутствия учетно-справочного аппарата облгосархива и его Ржевского филиала, эвакуированного в глубокий тыл. Объемы утраченных документов

Ржевского филиала госархива до его полной реэвакуации в июле 1945 г. установить не удалось. Списки утраченных фондов и единиц хранения не были представлены в ГАУ НКВД СССР. Восстановить их было сложно. Упорядочение сохранившихся и реэвакуированных документов, проверка их наличия проводились в течение нескольких послевоенных лет.

Ущерб разной степени был установлен в 41 райархиве, в 25 архивах он был подтвержден актами, а 14 архивов погибли полностью в результате вражеских бомбардировок и артобстрелов. Среди последних - Новоторжский райгосархив (свыше 74 тыс. ед. хр. за 1740 - 1940 гг.), Погорельский, Оленинский, Октябрьский, Нелидовский, Зубцовский, Высоковский, Луковниковский, Ленинский. Разграблены и расхищены Торопецкий, Плоскошский, пострадали архивы Спировского, Фировского, Пеновского, Кировского, Лихославльского, Тургиновского, Медновского, Лесного районов. Кимрский, Оршинский, Брусовский, Бологовский и Максатихинский районные архивы «были сожжены без видимых на то причин»42.

Потери, понесенные ведомственными архивами, определялись на основании свидетельских показаний завархивами и сотрудников учреждений, организаций и предприятий. На первом этапе работы было составлено 519 актов, позднее - еще 57 и 70 актов. В ноябре 1944 г. ГАУ НКВД СССР были получены все три тома актов об ущербе, нанесенном немецко-фашистскими захватчиками документам районных и ведомственных архивов Калининской области43.

Однако далеко не все районы провели эту работу. Например, Осташковский райотдел УНКВД не смог определить размеры утрат райгосархива44

В актах отражены и факты уничтожения документов в учреждениях, организациях и предприятиях по распоряжению их руководителей в связи с угрожающим положением. Так, в октябре 1941 г. в Каменском районе были уничтожены документы сельских Советов (3207 ед. хр.) и колхозов (13 890 ед. хр.) за 1930 - 1941 гг.; в архиве облсуда - документы ревтрибунала, областного, окружного, уездных и районных судов с 1918 по 1941 г. Из Нелидовского и других районов также поступали акты о сожжении документов в самих учреждениях45. Многие учреждения при этом руководствовались распоряжением СНК СССР № 4863-СЭ от 5 июля 1941 г. и Инструкцией НКВД СССР № 156 от 6 июля 1941 г. «О порядке разгрузки от материалов, не подлежащих хранению, архивов народных комиссариатов, учреждений, организаций и предприятий, расположенных на территории, объявленной на военном положении»46.

В отчете отдела архивов УНКВД по Калининской области за 1944 г. подведены итоги работы по установлению ущерба, нанесенного документам ведомственных архивов: из обследованных 861 архива в 578 погибли 309 737 ед. хр.47

В 1944 г. началась работа по возвращению документов Калининского госархива из эвакуации. Во второй половине 1944 г. прибыли два вагона документов секретных фондов из Чкалова, три - из Уфы, один вагон - из Кирова. В первом полугодии 1945 г. вернулись шесть вагонов материалов Ржевского филиала из Чкалова и 12 вагонов документов облархива из Уфы. В третьем квартале из Уфы поступили последние 10 вагонов архивных материалов. В сентябре реэвакуация завершилась48. В течение 1945 г. проводились разбор документов по фондам, размещение на стеллажах, передача районным земельным отделам государственных актов на вечное пользование землей (около 2000 ед. хр.)49.

Ржевский филиал возобновил работу в 1944 г. Директором была назначена инспектор архивного отдела Т.П. Квашнина. На 1 июля 1945 г. в штате филиала состояли четыре человека: директор, архивно-технический сотрудник и два сторожа50. Проведен ремонт помещения (засыпка полов, заделка дверей), разобрано до 25 тыс. ед. хр., остававшихся под обломками и завалами после бомбардировок и артобстрелов51.

Государственная штатная комиссия 4 июня 1945 г. утвердила штат заведующих городскими и районными госархивами и новые ставки окладов в размере 300 - 350 руб. (против прежних 125 руб.), что позволило архивному отделу улучшить кадровый состав52.

К началу Великой Отечественной войны в Калининской области было 69 районов. С образованием в 1944 г. Новгородской (5 июля), Великолукской (22 августа) и Псковской (23 августа) областей в Калининской области осталось 45 районов. На 1 января 1945 г. в 43 из них были организованы и восстановлены госархивы. В большинстве райгосархивов западной части области документы хранились с периода освобождения районов от немецко-фашистских захватчиков. Во всех действующих райгосархивах области на 1 января 1945 г. было сосредоточено 150 тыс. ед. хр.53

Утраты местных архивов, понесенные за время Великой Отечественной войны, огромны и в большинстве своем невосполнимы. Погибли в основном документы за 1930 - 1940 гг., востребованность которых остро обозначилась по прошествии 40 - 50 лет со времени их создания, что подтверждает установленную историками закономерность.

В отчете архивного отдела УНКВД по Калининской области за 1945 г. перед ГАУ НКВД СССР был поставлен вопрос о выделении в 1946 г. средств в сумме 2 904 541 руб. на возведение нового здания Калининского облархива. Генеральный план строительства и генеральная смета составлены архитектурно-проектной мастерской «Калининпроект» еще в 1940 г.54 Строительство было включено Главархивом в пятилетний план Госплана РСФСР55. В 1960 г. введено в строй здание Калининского госархива по улице Горького, 71 А, одно из крупнейших документальных хранилищ страны.

За 60 послевоенных лет небольшие архивы районов и городов Тверской области выросли в значительные по объему документальные хранилища с общим количеством в 1,5 млн ед. хр.

1 Государственный архив Тверской области

УГО). Ф. Р-1583. Оп. 1. Д. 294. Л. 1 - 5.

2 Там же. Л. 5.

3 Там же. Д. 264. Л. 7, 20.

4 Там же. Д. 157. Л. 71.

5 Там же. Д. 199. Л. 1 - 17.

6 Там же. Д. 157. Л. 69.

7 Там же. Л. 91.

8 Там же. Д. 205. Л. 19.

9 Там же. Д. 157. Л. 81.

10 Там же. Л. 83; Д. 265. Л. 6.

11 Там же. Д. 205. Л. 18.

12 Там же. Л. 50.

13 Там же. Л. 56.

14 Там же. Д. 264. Л. 9.

15 Там же. Д. 264. Л. 3 - 9.

16 Там же. Д. 284. Л. 25.

17 Там же. Д. 208, 217, 283.

18 Там же. Д. 264. Л. 2.

19 Там же. Д. 157. Л. 90.

20 Там же. Д. 284. Л. 8, 13,14.

21 Там же. Л. 8, 9.

22 Там же. Л. 2.

23 Там же. Д. 265. Л. 25.

24 Там же. Д. 284. Л. 16, 23.

25 Там же. Д. 264. Л. 1 - 2.

26 Там же. Л. 3.

27 Там же. Д. 214. Л. 15.

28 Там же. Д. 260. Л. 1 - 10.

29 Там же. Л. 6, 20.

30 Там же. Д. 264. Л. 4.

31 Там же. Д. 260. Л. 4, 8.

32 Там же. Л. 18.

33 Там же. Д. 264. Л. 42.

34 Там же. Д. 260. Л. 18.

35 Там же. Д. 264. Л. 4.

36 Там же. Л. 5.

37 Там же. Д. 283. Л. 89 - 90; Д. 264. Л. 22 - 27.

38 Там же. Л. 20.

39 Там же. Д. 293. Л. 7 - 12.

40 Там же. Д. 437. Л. 1 - 3.

41 Там же. Л. 7.

42 Там же. Д. 217. Л. 22; Д. 438. Л. 28; Д. 264. Л. 42.

43 Там же. Д. 439, 440, 441.

44 Там же. Д. 437. Л. 120 - 121.

45 Там же. Л. 91 - 104, 125, 127, 130, 131, 137.

46 Там же. Д. 294. Л. 4.

47 Там же. Д. 425. Л. 2.

48 Там же. Д. 497. Л. 2, 8.

49 Там же. Л. 18, 30.

50 Там же. Д. 425. Л. 17; Д. 497. Л. 3.

51 Там же.

52 Там же. Д. 425. Л. 14; Д. 497. Л. 8.

53 Там же. Д. 425. Л. 14.

54 Там же. Л. 11.

55 Там же. Д. 497. Л. 25.